Я не выйду за варвара (СИ)

Как и предсказывали лекари, через полтора месяца с тех пор, как я узнал про Олафа, Лагерта родила. Маленькую, белокурую девочку. Олафа, которого всё это время скрывали, перенесли ночью в дом Лагерты, когда у той начались схватки. И гостей она после этого долго не принимала, ссылаясь на самочувствие. Так что в гости к ней никто не являлся.

К счастью, роды прошли легко, но был специально пущен слух, что Эрлис едва ли не умерла при них. А потому её нежелание принимать гостей долгое время не выглядело подозрительным.

Было объявлено, что она родила двойняшек, похожих на неё. Со временем разница в полтора месяца между детьми все больше стиралась.

Я же всё свое свободное время старался уделять Эрлин. Как дитя малое радовался, когда чувствовал, как под рукой шевелится ребенок в её животе. Слава всем Святым Бескрайнего Севера, её беременность протекала легко, без отёков и прочих неприятностей.

Наступило лето. Жаркое, палящее, настоящее южное лето. Я весь вспотел за день в казармах и, вернувшись во дворец, с радостью искупался в купели с холодной водой.

Её готовили специально для меня. Потому что даже в зной моя жена умудрялась купаться чуть ли ни в кипятке. Мы поужинали с Анной Авророй на просторном балконе во время заката. Ещё во время трапезы я заметил, что она почему-то не в настроении. По окончанию ужина, я бережно помог ей подняться со стула. Ей было сложно передвигаться из-за огромного живота.

— Тебя что-то тревожит, Душа Моя? — спросил я её, придерживая за спину.

— Поясница весь вечер тянет.

Сильно. — пожаловалась она.

— Ты небось опять много гуляла в саду. Конечно, будет тянуть с таким-то животом. Лекари советовали тебе больше отдыхать.

— Но… — и не успела она договорить, как на наши ноги обрушился фонтан воды.

— Мамочки! — ахнула Анна Аврора едва устояв на ногах, я придержал её. — Началось!

— Повитуху, скорее!! — крикнул Анджей.

А я поднял на руки взволнованную жену и понёс её в спальню. Эта ночь обещала быть длинной. Я волновался не меньше Анны Авроры, хоть и не показывал этого.

И молился. Молился всем известным мне богам и созвездиям, чтобы к утру она благополучно разродилась здоровым ребенком.

Эта ночь длилась целую вечность. Я мерял шагами гостиную, сходя с ума от чувства беспомощности. За дверьми, в нашей спальне, уже который час стонала Анна Аврора. С каждой новой схваткой она мычала, как раненный зверь. А я ничем не мог помочь ей. Только ждать. Молиться и ждать.

Я был не один. Вокруг меня находилась куча народу.