Я не выйду за варвара (СИ)

 Тем не менее, он казался мне куда страшнее, чем Джордж. Если последний никогда не сдерживал себя, творя все, что только ему вздумается, то этот напротив — постоянно держал себя в узде, сжимая до побеления костяшек кулаки и нервно сглатывая напряжения, от чего его кадык резко вздымался над шеей. Чувствовалось, что вся та ярость и сила, которые он сдерживает значительно больше, чем у Джорджа и если он даст себе волю, то последствия будут в разы разрушительнее и страшнее.

По реакции окружающих на этого человека, можно было сделать вывод, что думаю так не я одна.

Я заметила, что кроме Джорджа, который, как мне объяснили, был их королем, никто не осмеливается смотреть ему в глаза. Разве что некоторые воины, по своей одежде напоминавшие высшие военные чины, но и те недолго, предварительно поклонившись ему. И тут я, женщина, которую он к тому же ненавидит и презирает, без реверансов и поклонов позволяю себе непростительную по меркам их общества дерзость и поднимаю на него свои очи без всякого на то дозволения. Да еще и застываю, пялясь на него неприлично долго даже по местным правилам этикета. Мамочки, он меня сейчас просто съест. Проглотит и не подавится, как волк на его эмблеме.

Осознав, какую большую ошибку я допустила, смущенно опуская глаза в надежде, что это сойдет мне с рук. Потеряв с ним зрительный контакт, наконец-то перевожу дух. Я вдруг вспоминаю, что он не знает эльратский, в отличии от Джорджа. По крайней мере я никогда не слышала, чтобы он на нем говорил.

Это во много упрощает задачу. Мне не придется напрямую говорить с ним. А учитывая его высокое среди нордорийцев положение, мое обращение за помощью к более низким по статусу воинам и в некотором роде игнорирование его не должны выглядеть невежественно.

— Я прошу Вас проверить, не остались ли ОНИ еще там. — обратилась я к свите, сопровождавшей нас.

Я старалась, чтобы мой голос не дрожал, но получилось плохо. Моя просьба прозвучала сипло и тихо, так что я не была уверенна, что меня услышали.

Но заметив ухмылку на лицах людей Джорджа, идущих в начале колоны, я поняла, что мои догадки не подтвердились. Им было смешно, а мне нет. Мне хотелось кричать и плакать. Эти воины понимали, о чем речь, ведь именно они поймали меня, когда я пыталась сбежать.

Они ничего не успели ответить. С ними заговорил Витторио. Его низкий и грубый голос испугал меня, когда внезапно прозвучал за спиной. По коже пробежались предательские мурашки.