Я отведу тебя в место силы...

А старушка предлагала ему то мед, то варенье, сваренное ей, то шарики из теста.

Молодой мужчина ел, не желая обижать хозяев.

Вот, наконец, и с чаем было покончено. Все вышли из-за стола, и Аржан опять напомнил деду, что Чимин хочет услышать, как дед исполняет кай.

Эркелей принесла деду топшуур – струнный музыкальный интсрумент. Все расселись вокруг старика, и он сказал:

- Сначала я тебе расскажу немного о топшууре. На нем сказители-кайчи играют во время исполнения героических сказаний. Смотри, видишь? У него долбленый кузов овальной формы, закрытый сверху деревянной декой, и две волосяные струны.

Мы считаем, что топшуур – живой, магический. Он связан и с «живым деревом», с вечнозеленым кедром, «растущим корнями вниз, а верхушкой - вверх», а также с «живым конём» – из волос гривы которого делают струны. Он связан с Алтаем – хозяин Алтая велит сказителю петь сказание. Топшуур появился в те давние времена, когда сотворилась земля – мох, когда сотворился народ, когда на земле было мало народу… В одном месте один человек заблудился. Не знал куда идти. Тогда он построил шалаш и жил. Однажды во сне ему сказали: «Ты должен спеть благословение Алтаю. Для этого ты сделаешь топшуур, потом будешь благословлять… Топшуур – он живой. Его надо изготавливать из живого дерева. Из ветвистого кедра, с крепкими, большими корнями. Этот кедр нельзя рубить, а с него надо отколоть небольшой кусок в размер топшуура и из него изготовить инструмент. Струны надо делать из конского волоса. Как шумят деревья, камни, так и поет топшуур». Топшуур – это спокойный инструмент. Он связан с Алтаем – Хангаем». Вот с тех древних пор у алтайцев появился топшуур.

- Дедушка – мастер горлового пения, - сказал Аржан.

И тут старик ударил пальцами по струнам и запел. Чимин был поражен, потому что голос старика странным образом менялся – то звучал низко, басово, то становился вибрирующим и рычащим, а потом вдруг переходил в какой-то совсем уж запредельный свист на высокой ноте – похоже, без использования голосовых связок.

Музыкант был поражен и очарован. Раньше он не слышал такого способа передачи звука. А старик пел неожиданно мощно – во всю силу своих легких, и это пение завораживало. Струны то передавали стук конских копыт по твердой каменистой почве, то крики маралов, то щебет птиц. И когда стих последний аккорд, парень еще сидел какое-то время неподвижно, а потом вдруг захлопал в ладоши, не зная, как еще выразить свое восхищение мастерством этого старого человека.