Я плету твою судьбу (СИ)

Смотря в его спину, я окончательно поняла, что пропала. Всё. Вот теперь точно. Влюбилась так, что никого, кроме него, не видела. Что даже сейчас, находясь с ним в одном зале, сердце щемило от радости и тревоги: за Кэя, за нас, за возможное будущее.

— Мне очень жаль. — Тихий шёпот Вайолет заставил меня вздрогнуть и вернуться в реальность.

— Чего тебе жаль? — Я оглянулась на Ткача, успев отметить, что выглядит она значительно лучше.

В ответ блондинка лишь глазами указала мне за спину — туда, где стояли Кэй и остальные.

— Уважаемые представители высоких родов! — Голос Виктора, явно усиленный магически, громыхнул под сводами Обители. — Мы счастливы, что вы нашли время присутствовать при столь знаменательном событии — помолвке моего сына и единственного наследника Кэйетана Войнота и достопочтенной наследницы рода Солостос Авадеи…

То самое сердце, что минуту назад растекалось теплом и любовью, уже с визгом летело в пучину боли. Вот ты и влюбилась, Таис…

Глава 20. Оборванные следы

Я с тоской смотрела на то, как Кэй что-то выговаривал отцу.

— Ты знала? — Не глядя на стоявшую рядом Вайолет, я развернулась к столу и машинально схватила первый попавшийся бокал.

Глотнула. Что-то терпкое и обжигающее. Именно то, что сейчас нужно. Пускай горит желудок, а не сердце.

— Да, — односложно ответила блондинка.

Но было в этом простом «да» столько тоски и печали, что я в недоумении взглянула на неё.

— Чего не предупредила?

— Не могла. — Она пожала плечами и тоже прихватила бокал, повернувшись ко мне. — Да и нет лучшего урока, чем перенесённого на собственной шкуре.

— Ты… — Я закашлялась от очередного глотка. — Ты тоже через это прошла?

— Я уже говорила. — На лице Вайолет не дрогнул ни один мускул.

Но вот руки, которыми она то сжимала ножку фужера, то разжимала, выдавали её нервозность с головой.

— Таис — она впервые назвала меня по имени, посмотрела прямо на меня, не пряча эмоции за бесстрастным выражением.

В её льдистых глазах сейчас отражалось столько муки, что меня оторопь взяла. Через что ей пришлось пройти, что внутри у неё столько боли?

— Таис, мы для них разменные монеты, инструменты и игрушки. Не забывай этого никогда. Они могут обольщать тебя, говорить, что ты для них единственная. Даже могут сказать, что любят.