Я путешествую одна

 – Это все что мне нужно было знать. Хорошо, что вы нашли время.

– И это все? – спросил Бенджамин, чуть ли не разочарованно.

– А, нет, еще кое-что. – Миа села обратно. – Кто унаследовал все за вашей прабабушкой?

– Не было ли речи о том, как бы это сказать, что она хотела завещать все свое имущество какой-то общине?

Бенджамин Бах притих. Поковырялся зубочисткой во рту и посмотрел в окно.

– Я обязан отвечать на это? – наконец произнес он.

– Нет, конечно, не обязаны, – сказала Миа, хлопнув его по руке. – Просто я занимаюсь большим делом, всплыло ее имя, и я не должна этого говорить, Бенджамин, но…

Она наклонилась ближе к нему.

– Мы так близки к разгадке, и если бы вы помогли мне, я, наверное, раскрыла бы его уже сегодня вечером.

Бенджамин тоже склонился ближе к ней и заговорил шепотом.

Миа кивнула и приложила палец к губам. Бенджамин кивнул в ответ. Отклонился назад и по-актерски притворился, что ничего не было.

– Это останется между нами? – сказал он, оглядевшись.

– Конечно, – прошептала Миа.

– Мой отец очень гордый человек, если кто-то узнает об этом…

– Это останется между нами, – подмигнула Миа.

– Мы заключили сделку, – быстро сказал он.

– Она изменила завещание прямо перед смертью.

– Сколько должно было отойти общине?

– Все, – кашлянул Бенджамин.

– Но вам удалось остановить ее?

– Отец нашел общину. Угрожал судебным иском. Предложил сумму. Так все и закончилось.

– Насколько большую сумму?

– Достаточно большую.

Миа изучающе посмотрела на молодого актера.

На мгновение она подумала, не забрать ли его в участок для дальнейшего допроса, но решила, что лучше будет установить за ним слежку. Они быстро выяснят, является ли Бенджамин Бах тем, за кого себя выдает.

– Большое спасибо, – сказала Миа и снова дотронулась до его руки. – Вы очень помогли нам.

Она поднялась и застегнула молнию на куртке.

– И это все? Вы не хотите ничего перекусить?

– Нет, спасибо. Увидимся, Бенджамин.

– Увидимся, Миа. Увидимся.

Миа надела шапку и вышла из кафе с улыбкой на лице.

Тобиас наклонился к самому краю и поднял бинокль. Внизу во дворе все было тихо. Он не знал, сколько сейчас времени, но вряд ли много, ведь еще не до конца рассвело. Теперь он подробнее разглядел то, что заметил прошлым вечером. Без сомнений, они тут строили много всего.