Я сломалась и падаю вниз

Квартирку эту не хочешь терять? Правильно, хата крутая, мне здесь по кайфу.

Эта квартира досталась Сергею от покойного отца. Хорошее место, три комнаты, высокие потолки. Сергей сделал здесь капитальный ремонт, обставил комнаты дефицитной румынской мебелью, гостиную укомплектовал дорогой японской техникой.

Да, квартира очень хорошая, но Лена дорожила ею вовсе не из-за уюта и комфорта. Два года она чувствовала себя здесь невероятно счастливой. Если Сергей вдруг погиб, то она хотела остаться здесь, чтобы жить памятью о нем.

На ее глаза снова навернулись слезы.

— Опять сырость? — Морж нахмурился. — Я это дело не люблю. А в приют для взрослых я тебя отправлять не буду. Мы тебя здесь пристроим. В спальне будешь мужиков обслуживать. Телка ты клевая, фактурная. Клиенты в очередь будут на тебя выстраиваться. Станешь ударницей-многостаночницей. Как тебе такое счастье?

— Я больше не буду плакать, — опустив голову, сказала она.

— И обещаешь хорошо себя вести? — Морж хмыкнул.

— Да, ты будешь вести себя хорошо.

С мужиками.

— А чего ты желаешь?

— Мы живем в цивилизованном обществе. У нас нет рабства. — Лену чуть не стошнило от презрения к самой себе.

— Какое рабство? Ты просто моя собственность. Мне тебя твой Серега за долги отдал. Вместе с этой квартирой. Ты правильно сделала, что не сдернула. От меня никуда не денешься, я тебя везде найду и на цепь посажу как последнюю суку. А так у тебя шанс есть.

— Какой шанс? — простонала она.

— Нормально жить. Со мной. В этой хате. Только я один буду тебя по-взрослому иметь.

Зачем мне свою хату в притон превращать? Разве я буду свою бабу на панель выставлять?

— Я не твоя баба. — Лена покачала головой.

— Тогда вали отсюда! — Морж зло показал ей на дверь.

Лена кивнула и направилась к выходу, но бандит поймал ее за руку и заявил:

— Учти, я тебя искать буду и найду. Тогда ты точно на галеры пойдешь. Сдохнешь от гребли. Так что, сваливаешь?

Лена мотнула головой.

— Будешь моей телкой?

Она кивнула. Он тут же потянул ее на себя, и она оказалась у него на коленях.

Морж одной рукой смял ее грудь, а другую просунул ей между ног. Лену едва не стошнило от отвращения. Вроде бы и душ он принял, и коньяк ароматный пил, а все равно от него воняло сырым протухшим мясом.

— Я все сама сделаю, — превозмогая себя, сказала она.

Он столкнул ее на пол так, что она упала на колени. Морж схватил ее за голову, начал раздвигать ноги, но Лена каким-то чудом увернулась, отползла в сторону, поднялась.

— Мне в душ надо.