Я – танкист

Мы и до этого встречали такие конвои, но не настолько огромные. По словам чуть позже вернувшегося Волохова, там было до семи тысяч человек. Так вот, видимо, лейтенанты не стали скрывать суть своего задания, да я и не давал такого приказа, и, выяснив все, что им нужно, оба прибежали ко мне.

– Товарищ майор, почему на задание был отправлен Казанцев? Почему я не гожусь? – с заметной обидой спросил Михайлов.

– Роте сегодня ещё предстоит повоевать, поэтому вы как её командир останетесь с ней, – с лёгкой улыбкой пояснил я.

 – Не волнуйтесь, расстреливать танковые колонны из засады значится в моих планах на сегодня. Даже две такие засады.

– Надеюсь, товарищ майор, вы не будет возражать, если я отправлюсь с группой лейтенантов Потапова и Казанцева? – спросил политрук.

– Если только простым пассажиром-стрелком. Командовать вам запрещено.

– Как будто вы мне раньше давали это делать, товарищ майор, – с лёгкой обидой ответил тот. – Напомню, что когда мы впервые познакомились, вы сразу сказали, что если буду лезть командовать, пристрелите.

Мол, моё дело морально поддерживать подчинённых, этим я и должен заниматься. Я запомнил, и как вы видите, нашу договорённость выполняю. Вы были правы, командовать должны те, кто умеет это делать и подготовлен соответственно.

– Вот что, политрук, – подумав, сказал я. – Отправитесь с группой в качестве документалиста. Вы будете вести съемку и зафиксируете факт попытки уничтожить советских раненых вместе с медперсоналом. То есть откроете звериную сущность противника.

– Есть, – сразу же сделавшись строгим, вытянулся политрук.

 – Разрешите идти?

– Идите. Группа выдвигается через пять минут, а вы, насколько я видел, пообедать не успели.

Отправив следом Михайлова, я продолжил прерванный обед. Тут ещё горячий чай подали. Лосев, пока было время, развёл небольшой костерок, используя тонкие сухие ветки, и вскипятил воду для чая. Красота! Хорошо иметь ординарца, да ещё такого, как Лосев. Я даже подумать не успеваю, как он уже несёт всё готовое.

Когда группа лейтенантов Потапова и Казанцева ушла, я вызвал Михайлова и Волохова.

– Ну что, товарищи командиры, вот и настало время серьёзного дела.

– Товарищ майор, а то, что мы аэродром уничтожили и штаб немецкого пехотного корпуса, это как – в бирюльки играли? Уж не говоря про аэродром подскока, – немного шутливо спросил Михайлов. В отличие от него, Волохов, как и я, был серьёзен, понимал, что действительно скажу что-то важное.

– Это всё не более чем тренировка перед главным делом.