Я – танкист

Выстрел из резко выхваченного из-за пояса вальтера ударил по ушам и нервам, командир танка, схватившись за грудь, упал у гусеницы, а я уж подскочил к люку мехвода и стрелял в него, а также и в других членов экипажа. Весь экипаж находился в танке на своих местах, видимо, то, что по лесной дороге двигались, поспособствовало, иначе они бы не сидели в душной коробке. К счастью, из люка мехвода можно было видеть весь экипаж. Да и один из бойцов подскочил ко мне на помощь и, забравшись на броню, через боковой люк застрелил последнего немца, что уже почти достал из кобуры парабеллум.

С моей стороны его туша мехвода загораживала, никак достать не мог. При осмотре грузовиков солдат выявлено не было, только то, что и было записано в путевых листах и нарядах. Поэтому бойцы шустро вытащили тела немцев из танка. Разоружили и утащили на опушку.

Танк я лично заглушил, а то он на холостом ходу работал, и там один из бойцов прибирался. Вот сам танк отдавать я не хотел, но был вынужден, танкистов для него у меня не было.

Как оказалось, лагерь окруженцев был едва в километре. Уже всю технику к ним перегнали, включая грузовик с продовольствием. Ему больше всего обрадовались. Я передал генералу через Подорожного, чтобы не экономили, мол, ещё добудем. Так вот, вернувшийся лейтенант, оставив часть своих людей, принял технику, включая танк, и отогнал её снова на ту же лесную дорогу. Ну, как отогнал, ни один из его водителей с этой машиной справиться так и не смог, пришлось самому вести, одновременно показывая, что делать, самому опытному пограничнику. Загнал на ту самую лесную дорогу, она действительно была недалеко, почти сразу за поворотом, и через лес вернулся к своим. Тут уже наши танкисты из окруженцев танк примут, главное, в лесу укрыт.

Кстати, после первого рейса погранцы действительно привели пилотов, аж четырёх. Все добровольцы. Так что, отогнав танк, я смог с ними нормально поговорить. Пост наш на дороге всё ещё действовал, и пока мимо проходила очередная крупная колонна немцев – мы её не тормозили, зубы обломаем, – я забрался в кузов грузовика и пообщался с летунами.

Четвёртый оказался штурманом, с которым командир экипажа не хотел расставаться ни в коем случае. Двое истребители, один пилот тяжёлого бомбардировщика.

– Сто шестнадцатый истребительный полк? – поинтересовался я у одного молоденького сержанта, который только в этом году выпустился из лётного училища. Несмотря на молодость, два сбитых на счету он имел.