Я тебе запрещаю

 — Мария Эдуардовна, позовите, пожалуйста, Настю. Я не могу до нее дозвониться.

Слышу шаги. Потом, видимо, Мария Эдуардовна закрывает трубку рукой и я слышу лишь отголоски разговора. Наверное, с Настей.

— Настя плохо себя чувствует, Рустам, — слышу, наконец. — Не может с тобой говорить. Позвони завтра.

И она кладет трубку.

Да, сука! Что ж такое! Не хочет она со мной говорить! Опять?!

Вскакиваю с кресла и выбегаю из дома. Еду к ним.

Она поговорит со мной! Тогда, когда я этого хочу! Если она еще не поняла, что я главный в наших отношениях, значит придется донести до нее это более доходчивым образом.

Я приезжаю к дому Марии Эдуардовны почти ночью.

— Рустам? — она удивленно смотрит на меня. — Что-то случилось? Что такое?

— Позовите, пожалуйста, Настю, — прошу я очень вежливо.

— Она спит уже, Рустам. Давай завтра. Все спят. И она, и Данила.

— Извините, — говорю я и прохожу в дом мимо нее.

Я помню, где расположена комната Насти.

— Рустам, — слышу в спину голос Марии Эдуардовны.

Оборачиваюсь. Надо ей все объяснить. Надо. Она не заслуживает такого отношения.

Поэтому возвращаюсь к ней.

— Мария Эдуардовна, — говорю, взяв ее руку, — я за Настей. Она поедет ко мне.

Она пытается прервать меня, но я не даю ей этого сделать.

— Я люблю ее, Мария Эдуардовна. Я совершаю ошибки, но готов исправлять их. Она нужна мне. Понимаете? И я ей нужен. Я это знаю. Поверьте.

— Верю, — чуть улыбается она.

С благодарностью смотрю ей в глаза. И бегу в комнату Насти.

Аккуратно открываю дверь. Она и правда уже в кровати. Спит.

Тихо подхожу к ней и беру ее на руки. Она просыпается.

— Рус… — шепчет и обнимает меня за шею.

— Тихо-тихо, — шепчу в ответ. — Все хорошо. Едем домой.

Сажаю ее на переднее сиденье и везу к себе.

Дома также на руках несу ее в спальню. Укладываю в кровать и накрываю одеялом.

— Спи, — целую в лоб.

Настя улыбается и засыпает.

Я сижу возле нее и смотрю. Маленькая девочка, обладающая властью надо мной.

Потом раздеваюсь и ложусь рядом с ней. Притягиваю ее к себе. И так и засыпаю с ней в обнимку.

Утром просыпаюсь от того, что кто-то целует меня в спину. Щекочет языком. Ну, конечно же, Рустам. Поворачиваюсь к нему и тут же мой рот накрывают его губы.