Я тебя куплю

Волнительно от мысли, что я принадлежу ему уже не как союзник, а как женщина. Его исступленность, безудержность и алчность обладать мной все еще вызывает приятную дрожь в коленях. Даже больше: с каждой новой минутой я привязываюсь к нему сильнее прежнего. Влюбляюсь в его голос, улыбку, взгляд, голос. Если в «Олеге» я выискивала недостатки, чтобы убедить себя в их отсутствии, то в Камиле ищу, чтобы полюбить за них еще сильнее.

Он ценит одиночество? Отлично: я навяжу ему себя и еще толпу в придачу.

Ему плевать на порядок? Замечательно: я сделаю так, что он сам начнет к нему стремиться.

Он привык засыпать с пушкой в обнимку? Отныне обнимать будет меня.

Телефон держит его на коротком поводке? Оборвем его.

Адель и Роман приспособились командовать им по щелчку пальцев? Пусть сначала найдут его. Адель еще горько пожалеет, что однажды заказала меня.

Пока я принимаю душ и одеваюсь с этими мыслями, Камиль наливает мне кофе.

— А ты не будешь завтракать?

— Спать лягу. Мне тут ночью одна медсестричка выспаться не дала, — усмехается он, скользя по мне затуманенным взглядом.

— Врачи вообще монстры, — улыбаюсь я, беря зефирку.

— Не то слово. — Он заглядывает в свой телефон и, пролистнув пропущенные звонки, отключает его.

— У меня же выходной. А может, и вовсе отпуск. Бессрочный.

Еще бы с дальнейшим увольнением.

Не успеваю я глотнуть кофе, как звонит домофон. Это Азиз. Уже ждут меня с Лучиком в машине.

Выглянув в окно, Камиль хмыкает:

— Он гоняет на моей тачке.

— Между прочим, Азиз водит аккуратней тебя, — уточняю я, надевая сапоги.

— А вы с ним, смотрю, подружились.

— Он хороший парень. Догадывается, что моя история мутная, но не лезет с расспросами.

— Он трепло. Сдаст тебя Адель.

— Не спорю, Азиз любит поболтать. Но скорее о себе. И я наблюдала за ним. Он никого не сдает ни Адель, ни Роману, хотя косяков за подчиненными хватает. К тому же никто из твоих родственников до сих пор не притащился сюда. Значит, ни Азиз, ни Лучик не проговорились, где мы. Иди-ка сюда, помоги мне надеть пальто.

Камиль оборачивается через плечо и секунду медлит. Некогда ему было учиться за женщинами ухаживать. Выходит, буду приучать я.

— Вы надолго? — интересуется он, несколько неуклюже помогая мне одеться.

— Часа на три. Освежу маникюр, да так кое-что по мелочи. А Лучик хочет избавиться от радуги на своей голове. Может, тебе что-то купить?

Он коротко мотает головой, развернув меня к себе. Выглядит так печально, будто навсегда со мной прощается. Как ребенок, ей-богу.