Я - ваши неприятности

Лучший отдых для меня — валяться на диване с хорошей книгой, пить чай с лимоном и воображать себя в роли Марии Стюарт. Шиллера наш театр не ставит, но я не теряю надежды.

— Ну? — повторила Серафима сурово. Я вздохнула и ответила:

— Поехали. — Голос звучал жалко, я в очередной раз мысленно упрекнула себя в отсутствии характера. Не мечтать мне о Марии Стюарт.

— Чего-то я энтузиазма не наблюдаю, — еще больше посуровела Серафима.

— Я пока не осознала всей прелести, — попробовала я оправдаться.

— Осознаешь.

Мы тебя там замуж выдадим за итальянского графа или герцога. Будешь играть в “Ла Скала”.

— В “Ла Скала” поют.

— А ты сыграешь. Знаешь, что все в жизни решает? Правильно, деньги. Так что сыграешь.

— А я где-то читала, что итальянские аристократы бедны, как церковные мыши.

— А мы миллионера отыщем, он купит титул и сделает тебя графиней. Один свободный миллионер в Италии найдется, страна немаленькая. Считай, ты уже аристократка. С такой-то красотищей это плевое дело.

— Конечно, — лениво согласилась я.

По мне, так лучше выглядеть как Фаина Раневская, само собой, при этом имея ее талант. Думаю, талант у меня есть, жаль только, не многие стремятся его лицезреть. Конечно, мне грех жаловаться, в родном театре я занята почти во всех спектаклях. Но это благодаря тому, что оба наших режиссера просто поглупели, изо дня в день лицезрея мои небесные черты. Подозреваю, что в глубине души они считают меня бездарной. Одно хорошо: оба уже в весьма почтенном возрасте, и их интерес ко мне носит чисто эстетический характер.

— Хорошо, я выйду замуж за герцога, — сказала я. — Если ты настаиваешь…

— Я беспокоюсь о близком существе.

— А о ком мы говорим?

— Слушай, ты уже наговорила на сотню. Может, простимся? — без особой надежды спросила я.

— Ну и манеры у тебя, нет чтобы тетке “спасибо” сказать…

— Спасибо, — промямлила я. — Только за что?

— За заботу. Решено, в отпуск едем в Италию. Ты, я и вечный город. Скажи, класс?

А через две недели я выгружалась из автобуса, нервно поглядывая по сторонам в поисках любимой тетушки.

Ее нигде не наблюдалось. На Серафиму это не похоже. Три дня назад я отбила телеграмму, указав дату и час своего прибытия. И хотя на оркестр и ковровую дорожку я не рассчитывала, но надежды питала, что меня все-таки встретят и стоять в обществе трех огромных чемоданов не придется.

С трудом оттащив багаж в сторонку, я тосковала, продолжая высматривать в толпе тетушку.