Я великий друид которому 400 лет! Том 3

— Тебе и Анне. Инструкция внутри.

— И не будешь осматривать? — опешила Кристина.

— Нет смысла. Если оно не поможет, тогда просто позвони, и я буду дальше думать.

— Хорошо. Мальчики! Поплыли обратно!

— Ну, вы можете сперва отдохнуть, — предложил я, отчего мужики посмотрели на женщин с надеждой.

— Не могу терпеть… — тихо сказала Анна, и с обречённым вздохом мужики потащили лодку обратно. В село. Соболезную, мужики, но как говорил один герой, жизнь — боль.

Вскоре я закрыл ворота и вернулся к Любаве учить китайский.

Не знаю из-за китайцев или нет, но четыре дня пролетело незаметно. И за эти дни уровень воды неплохо так уменьшился, да и снега подтаяло неплохо.

(говорит на китайском, кит) — Хорошая погода, дорогой товарищ, — сказала Любава, вышедшая на улицу.

(кит) — Не то слово, моё сладкое сердце. Этот солнце хорош и могуч.

(кит) — Да, могуч! Греет надежда и вера в партию, — заулыбалась рыжая.

(кит) — Товарищ, за столь высокую веру в партию вам полагается миска риса и кошкожена.

(кит) — Я благодарить вас.

Пойду рожать тридцатый сын! Всё для родина!

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Слишком много просмотрели мемов, роликов в интернете и фильмов про Китай. И нет, мы не бездельничали, а отдыхали мы в перерывах между тренировками и медитацией.

— Но вода и правда неплохо ушла. И ещё…

Вода, вытекшая из пруда, обильно насытила тут всё маной… Ну и проснулись синие кувшинки. Они вновь поднялись на поверхность воды, активно выделяя ману. Так что вскоре быть десятке!

Я поспешил к воротам и, открыв калитку, выглянул.

Там было немного хуже, чем у нас, но в целом, хороший внедорожник сможет пробраться через «Это». Ну или мы в сапогах.

— Смотри! — Любава рванула вперёд и, хлюпая сапогами по мокрой почве, примчалась к…

— Клубника! Не сразу заметил из-за того, что она белая, — я присел и посмотрел на прелесть. Белый куст. Средь белого снега и где-то там стоит посох, который уже покосился.

Последние недели мы не занимались клубникой, ибо… смысл? Она утонула… А вот сейчас мы подошли к посоху и, вонзив его в землю, рядом с большим кустом, сперва я дал три заряда, которые понеслись по корням и усикам от куста к кусту, потом и Любава.

Вся наша клубника — это одно семейство. Осталось понять, сколько у нас клубники-то. Но это будет понятно, только когда снег полностью растает. Ну и раз снег уже подтаял я взобрался на Занн и пошёл в разведку.

Ей тяжело идти, но и зверью будет тяжело. Так что вооружился я сразу как для сражения. И мы двинулись к озеру.