Я великий друид которому 400 лет! Том 3

Взамен меня угостили большой бутылкой самогона… Пригодится в настойках.

— У тебя уже и огород посажен. И в целом тепло здесь, хорошо прям! — восхищался Святослав, сидя со мной за уличным столом. Круглый который.

И да, снаружи плюс десять, а у меня плюс семнадцать. Так что хоть в футболке ходи. Ну или кофте.

— Весна — время посадок.

— Насчёт посадок… — заулыбался тот. — Слышал? В Новосибирске главу…

Договорить Святослав не успел, ибо уставился на шагающего к нам медведя. Тот раненый здоровяк уже выглядел неплохо.

— Симулянт. Уже здоров, а уходить не хочет. Объедает нас! — прорычала волчица.

— И сад чуть не потоптал. Кактусы хотел пожевать, — добавил Лай, и волки выпроводили косолапого да повели в лес.

— Весело тут у тебя… Медведи шастают… — «удивлялся» Святослав.

— Лечил его. Теперь он здоров и может вернуться в лес.

— Ты ещё медведей лечишь?.. Жесть… Прям как друид какой-то. Волков приручаешь, травки растишь, медведей лечишь.

— Ну да, — улыбнулся в ответ и отпил гномьего пива.

Святослав хотел ещё что-то сказать, но сегодня у нас многолюдно, ведь приехала Кристина.

— Привет, Ваня, привет, Слав! — блондинка помахала рукой и выскочила из машины. А за ней вышла невысокая девушка в штанах и лёгкой куртке.

— Привет! А что за прелестная девушка с тобой? — поинтересовался блондин.

— Хах. Это же Берёзова.

— Да ну… — опешил парень, а невысокая девушка довольно заулыбалась.

— Благодарю вас, лекарство помогло.

— Поздравляю, — кивнул ей. — Теперь нужно понять, насколько лекарство эффективно и как долго продержится эффект.

— Да, Кристина уже всё рассказала. Ещё раз благодарю вас. Вы попросту спасли мой брак, мою жизнь, и я в неоплатном долгу перед вами, — девушка выглядела искренней, и я могу лишь ей пожелать удачи, чтобы лекарство более не потребовалось.

Она, кстати, заплатила. Сто тысяч. Как и Кристина.

Будет у нас свежее молоко. А вот свиней не хочу. С ними много мороки, да и могут сад мой сожрать… Всё, решено! Еду в деревню, покупать корову. Думал я, но вновь кто-то едет. Да сколько уже можно, блин⁈

— Прошу прощения, но это очень «чувствительный момент», поэтому хотелось бы не распространяться об этом.