Я великий друид которому 400 лет! Том 3

Он сможет управлять лесом вокруг себя, но на многое его не хватит.

— Понятно, беззащитный садовод?

— Да, — кивнул ему и направился к лежавшему тут ружью. Неплохое.

Найдя, что тут ещё осталось после людей, а именно бензопилы, оружие, боеприпасы, которые нашёл в машинах, и прочее ценное, собрали в мешки и, соорудив волокуши, пошли к Занн.

Но даже несмотря на возмездие, настроение у меня было паршивое. К счастью, Любава быстро его подняла вкуснейшим поздним обедом.

Остаток дня я готовился к суду. Читал, смотрел видео и делал звонки.

И вот мы оказались в Ленинском районном суде города Малосибирск.

Под «мы» я имею в виду себя и старосту Рыбкино. Звали его Воронцов Леонид Павлович. Худой мужчина сорока лет надел очки и имел при себе папку документов. Я тоже имел папку.

Также с нами были детишки, чью собаку я спас, их отец, бабушка, живущая напротив, и ещё парочка человек.

И вот, сидим мы на стульях в левой части зала. Перед нами стол судьи, трибуна для выступления, ну и стулья в правой части зала, на которых сидят восемнадцать «пострадавших».

Все в гипсе, даже те, на ком ещё позавчера его не было. Лица бледноватые, глаза мутноватые. И нет, это не из-за пчёл, просто людей чем-то напоили.

С ними их адвокат, который общался с тремя, на вид самыми адекватными. Также здесь были прокурор и секретарь суда.

Первым слово взяла секретарь и объявила о начале дела под таким-то номером. Я даже не стал запоминать его. Да и судья выглядел не очень заинтересованным. Также секретарь описала, в чём суть дела.

— Ласточкин Иван Олегович, вам понятно обвинение в причинении тяжкого вреда здоровью группе лиц, — кивнул судья на восемнадцать человек, — совершённое второго февраля две тысячи двадцать седьмого года?

— Серьёзно? Я, по-вашему, покалечил восемнадцать человек?

— Признаёте или нет? — с недовольством в голосе спросил судья.

— Нет, я не признаю своей вины. Всё это фарс и фальсификация.

Судья проигнорировал мои слова, и в дело вступил прокурор, зачитывая показания потерпевших.

Они — совершенно невинные люди, к которым вломился злой я и начал избивать их. Те даже сопротивления оказать не могли, ибо были сонные и уставшие после тяжёлого трудового дня.

Потом подоспели соседи, на которых я набросился и избивал, пока они едва ли не по одному приходили на шум. В итоге все они были покалечены, из-за чего более не могли работать и бла-бла-бла.

— У меня шесть детей, как я буду их кормить? — красноречиво говорил один из пострадавших.