Я вернусь, когда меня не станет

 — Ты вон какой у меня: видный, умный, молодой. Один олигарх на все село и четыре деревни! Нет, кто тут лучше тебя, а? Да если б мне такой попался, да я бы ухватилась за него двумя руками и не отпускала… Монашка к нам во двор зашла. Со дня на день помру, а ты тут один останешься… Чего ржешь?

— Ба! Я пошел встречать Ирину. — И ушел.

— Хм! То сядет, то встанет, — бурчала Татьяна Яковлевна. — Ванька-встанька. Как за выдрой бегал, так без намеков, а ведь все предупреждали, все! Что Леська дрянь, предупреждали, что от осинки не родятся апельсинки, мать была распущенной, дочь с того же дерева упала нам на головы…

Спустя пару минут он привел на кухню Ирину, и Татьяна Яковлевна преобразилась в саму сладость с ванилью, которой пропах дом, внуку оставалось только, посмеиваясь, опускать голову и потирать затылок от неловкости.

— Ой, Иринушка! Садись, моя деточка, моя красавица. Ты чего ж так долго не забегала к нам? Я ж рецепт рулета с маком записала для тебя, жду-жду, а ты все не идешь за ним.

М-да, самой рецепт далеко нести — метров пятьсот.

— Нет, что вы! Некогда, бабушка, — сказала Ирина.

— Ну, хорошо, что пришла, а то мой Гоша совсем заработался, никакой личной жизни (очень тонкий намек, с бревно). Чайку? С пирожками? Тесто тает во рту, вот уж удалось так удалось.

— Спасибо, мы Куприна дождемся, — отказалась гостья.

— Так и ты с ним встречаешься? — тарахтела Татьяна Яковлевна. — А я думала, к Гоше моему пришла.

— Ба… — взял ее за плечи Георгий, дабы привести в норму и не краснеть за соловьиные трели. — Не суетись. Мы идем в кабинет, у нас еще работа.

— Убежит от вас работа, что ли? — рассердилась она, провожая их глазами. — Всех дел не переработаешь! Ну, ладно, идите, идите… Отдыхать-то тоже надо!.. Вот два дурня! Чего еще им нужно? Гошка виноват, мужик он или кто?

К счастью, внук и гостья не слышали про дурней, они пришли в комнату, выходившую окнами в осенний сад, которая была кабинетом еще деда Георгия.

Понимая, что у Куприна могут возникнуть непредвиденные обстоятельства, поэтому он задерживается, оба действительно вернулись к делам насущным.