Я вернусь, когда меня не станет

— Вы даже не представляете, как… похожи!

Даниил тоже похож, но на дракона, жадно поедающего свою жертву пока только глазами, а в перспективе не прочь попробовать свежего мяса без тепловой обработки. Ирина с Георгием, как ни странно, излучали буддийское спокойствие и беспечность не замаранных ложью и хитростью людей, что, видимо, очень напрягало Шубина. Безусловно, владел он собой блестяще, выдержка у него — как у киборга, однако нет-нет да и промелькнет на физиономии беспокойство или потерянность. Он как бы верил и не верил глазам своим — это тяжелое состояние.

Все в порядке, Шубин попался.

Кто-то должен был разбить плотную паузу, застрявшую между тремя людьми и околдовавшую их. Каждый не хотел покидать компанию, но не знал, как задержаться в ней, потому все трое молча смотрели друг на друга, ожидая, что пауза разрешится сама собой. Раньше про такое явление говорили — «тихий ангел пролетел», да откуда ж ангелу взяться, когда среди троицы черт затесался?

— Даниил! — воскликнул Георгий, найдя причину продолжить знакомство.

Зачарованные паузой, Ирина и Шубин от неожиданности вздрогнули. — Вы не подскажете, стоит брать серьги или ну их? Я ничего не понимаю в побрякушках.

— М… да… конечно, — согласился тот.

Георгий подвел его к стеклянному кубику и показал на сережки, Ирина тоже пришла и сразу отказалась от украшения, мотивируя одним: не нравятся. Даниил поддержал мужчину, но раз женщина против — ей носить, в конце концов. Короче, выкрутился. Потом просто разговаривали, гуляя по выставочному залу, Шубин интересовался, чем они занимаются.

Георгий сказал правду: фермерством, но сейчас они решили переехать в город, обустраиваются, хотят обосноваться здесь, в общем, трепался с ним по-свойски. Вечер закончился почти дружбой, Даниил предложил обменяться телефонами и пригласил их на ужин в ресторан, Георгий обещал выкроить время для ужина. Вскоре Ирина типично по-женски закапризничала, мол, безумно устала и хочет домой.

В машине, упав на сиденье, она попросила:

— Гоша, поехали быстрей, у меня больше нет сил.

— А выступала: я сама да сама… — передразнил ее он, выезжая с парковки. — Лидии Николаевне ты никто, ей все равно, что с тобой будет… Да, да, да. Кто там меня слушает? Лидия Николаевна? Вот и слушайте: вам все равно, а мне Ира живой нужна…

— Перестань! — легонько толкнула его рукой Ирина. — А как ты хотел? Это была первая встреча с человеком, который настоящее исчадье ада, я разволновалась… Но ты каков! Артист, да и только! Ни разу не прокололся.