Я выбираю тебя

Проглотив бутерброд, Настя принялась ждать.

Ожидание длилось не долго. Спустя полчаса в дверь настойчиво позвонили. Опираясь на костыль рукой, Настя неловко попрыгала в сторону прихожей, крикнув дежурную фразу «Уже иду!». Отперла дверь и отодвинулась в сторону. В дверях, со зловещим придыханием возникла бабушка.

— Ага, Настенька, вот ты где! — притворно радостно вскинула руки в знак приветствия бабуля. — А я все думаю, куда же ты подевалась?

Настя настороженно посмотрела на бабушку и отодвинулась подальше от двери.

— Надо же, как ты неудачно ножку повредила! — причмокнула бабушка, с хозяйским видом входя в прихожую. И тут Настя поняла, что совершила ужасную ошибку, не послушавшись совета матери оставить дверь запертой. За спиной бабули маячила ее несостоявшаяся свекровь.

— А мы к тебе с визитом! — продолжала любезничать бабушка. — Вот, Петина мама тоже решила тебя проведать. Как же такая девочка в четырех стенах одна целыми днями сидит!

Настя испуганно взирала на гостью, которую предпочитала не видеть даже в самых страшных снах, и не находила для подлой бабули подходящих слов.

Очередная тайна появления бабушки в квартире была отгадана. Неужели она привела с собой маму Пети, чтобы уговаривать Настю отказаться от затеи выйти замуж за Антона? Глупее идеи и придумать сложно!

— Проходите. — Как можно равнодушнее пожала плечами Настя, жалея, что рядом нет никого для поддержки. Почему-то, опираясь на костыль, она чувствовала себя особенно незащищенной перед неожиданными гостьями.

 — Только я плохо передвигаюсь и вряд ли смогу угостить вас кофе.

— Я сделаю кофе для всех! — всплеснула руками бабушка. — А ты, Настенька, проводи нашу дорогую гостью в зал.

— Хорошо. — Проковыляла девушка вперед, на ходу пытаясь вспомнить, как зовут Петину маму. Ей казалось, Раиса Максимовна. — Как поживаете, Раиса Максимовна?

Гостья, уже немолодая женщина, привыкшая всеми руководить, устало опустилась на свободное кресло.

Настя приземлилась напротив, прижав к груди свой костыль, и ожидала атаки. Просто так эта волевая женщина сюда бы не пришла. Раиса Максимовна была очень взволнована, об этом говорили непрерывно раздувающиеся ноздри и дрожащие пальцы рук, которые она постоянно перекрещивала между собой. Полы дорогого серого платья разлетелись в стороны, обнажая натуральную кожу светлых туфель, которые гостья даже не потрудилась снять в прихожей.