Я заставлю тебя страдать

Но его заявление, что строение не совсем новое, я недооценила.

В выходной день, утром, меня повезли за пару километров от города — показать мой новый дом. Он меня поразил с первого взгляда.

Стоя около нового жилища, я растерянно оглядывалась и старалась подобрать слова.

— Олег, поделись со мной. Почему ты живешь в лесу? — осторожно поинтересовалась я.

И это действительно было так. Вокруг нас возвышались большие деревья, которые росли на довольно приличной площади. От входа была прорублена широкая дорожка к площадке для посадки автомобиля.

— Я люблю уединение.

Да-а-а… Дыма без огня не бывает. Зря я не прислушалась к слухам об аскетическом образе жизни великого программиста.

— Мм… А почему дом такого необычного стиля?

В отличие от большинства домов на планете — современных строений обтекаемой формы со всеми удобствами — я увидела огромный каменный замок непонятно какой эпохи. Вокруг него все заросло, а каменная кладка, судя по всему, крошилась.

— Это исторический памятник, который достался мне за баснословные деньги.

Поднявшись на каменное крыльцо, поросшее мхом и вьюнком, я осторожно потянула за ржавую ручку… и та осталась в моей руке. Я растерянно повернулась к Олегу, не зная, что делать.

— Ты поспешила, — заметил Олег, улыбаясь, и повернул в замке ключ, после чего с трудом открыл входную дверь инструментом, предусмотрительно прихваченным из машины.

Едва отрылась дверь, на меня повеяло затхлостью, сыростью и, вполне вероятно, запахом плесени.

— Мм… А ты уверен, что здесь можно жить?

— Немного подремонтировав, конечно! Я определенно испытываю слабость к таким достопримечательностям.

— А в историческом памятнике есть туалет? — нерешительно спросила я, заходя внутрь и оглядываясь.

Ну что сказать… Как мы будем здесь жить, я себе плохо представляла. Лестницы не имелось вообще: она сгнила и обвалилась. Полы тоже местами превратились в труху, потолок был готов в любой момент пасть нам на голову.

В общем — кошмар. Хотя… если домик подремонтировать…

— Олег, скажи мне, как я буду преподавать в Академии на Тарне, если сама живу на Земле?

— Через голограмму, — отмахнулся Широков. — Ты же не ведешь практических занятий.

— Откуда ты знаешь? — прищурилась я.

— Ремарк сказал, — честно ответил мужчина.

— Значит, с ним ты мое будущее уже обсудил. А со мной не хочешь? — ласково спросила его.