Яд Горькой Любви

Хотелось ее нереально, разорвать на месте. Схватив за волосы уже грубее, толкнул на диван и свободной рукой, полез под декольте слишком откровенного платья. Она манила к себе, сводила с ума, а я, как умалишенный был одержим только одним, желанием ее не просто трахнуть, а отсадить. Жестко. Долго. Так чтобы она кричала подо мной, как грязная последняя сучка. Член отчаянно пульсировал в штанах. Расстегнув брюки, продолжал жадно сминать ее грудь. Первый раз так в своей жизни хотел телку. Задрав ее платье, стянул с нее черные кружевные трусики, опуская взгляд на ее киску.

Гладко выбритая, аккуратная. А вот между ног все было коричнево красным, стертым, как будто через нее прошла рота солдат. В глазах тут же потемнело. Вот на ком, я женюсь. Знакомая злость по всему телу, и адреналин в крови не хотели отпускать. Спокойно, Тимур, это просто секс со шлюхой за деньги. Схватив ее так что, она попыталась дернуться, грубо раздвинул ее ноги.

— Терпи! Деньги, просто так не даются! — зло ответил я.

Смотрела на меня своими широко распахнутыми глазами, тяжело дыша, а я изо всех сил держался, чтобы не причинить ей боль.

Хотелось. Разыгралась больная фантазия и я не мог остановиться.

Женушка пыталась меня оттолкнуть, но меня накрывало. Уверен, она еще и не такое терпела. Еще раз схватив ее за волосы, так что она вскрикнула, вернул в исходное положение и швырнул на пол. Резко встав, подошел к шкафу, который так давно не открывал и достал оттуда наручники, в предвкушении хорошего веселья.

— Ты что делаешь? Я на это не подписываюсь! У меня с головой все в порядке! БДСМ и все такое, это не мое!

Она попыталась встать, уцепившись за стол, но не успела. Я взял в руки коньяк, отпил прямо из горла, а потом вылил прямо на нее. Женушка тут же взвизгнула, попытавшись пихнуть меня ногой, но потерпела неудачу. Я увернулся и опустившись рядом, застегнул на ней наручники. В этот момент, нужно было видеть ее глаза. В них плескался самый настоящий ужас.

— Мне не нужны твои деньги! Выпусти меня отсюда!

Голос предательски задрожал, а я рассмеялся ей в лицо.

— Если не нужны были бы не пришла бы! Не переживай! Я расплачусь!

— Отвали! Отставь их в себе, как и меня!

Попыталась отползти, но я, схватив ее за плечо, придвинул к себе. Пальцы расстегнули молнию на ее платье, обнажая красивую, идеальной формы грудь, хоть и бюстгальтере. Вожделение обладать ей, накатывало все сильнее. Толкнув ее так, что она упала на пол, стянул с нее платье.