Яд и мармелад. Жена по неосторожности

И что, хоть кто-нибудь покупает?

Готик, который настороженно наблюдал за гостьей с кассового аппарата, издал противный каркающий звук. Посетительница ему явно не нравилась так же, как и мне.

– Вы пришли за мармеладом, или поинтересоваться состоянием моего бизнеса?

– Думаю, не особо оно у вас радужное, это состояние. Вот у госпожи Дордюран – это да, утонченный мармелад из цветов. Весьма нежный и вкусный.

– Я не спрашивала вашего мнения.

– А вот и зря, – пропела Эмили. – Ну, как вам жизнь в браке с Гилбертом? Вы счастливы, леди Бишоп?

Ну что за паршивый, паршивый день?

– Я – леди Блэкмор.

И это не вашего ума дело!

– Наивная глупышка, – засмеялась бывшая Гилберта. – Ты влюблена в него и даже себе не представляешь, что стала лишь средством для достижения его целей. Я говорила с ним. Некромант до сих пор любит меня одну.

Я не хотела ей верить, но женщина говорила так уверенно, с таким превосходством…

– Гилберт разведется с тобой сразу после того, как получит свои родовые артефакты и женится на мне. Ну, а пока ты сгодишься на то… чтобы своим телом восполнять его жизненную энергию.

Я слышала, девственницы для этого подходят как нельзя лучше.

Не может быть, чтобы в нашу первую ночь Гилберт просто воспользовался мной!

Он был так искренен…

То, что произошло меж нами, было для меня чудом!

А Блэкмор просто поимел меня, словно вещь.

Но… Я ведь обещала себе, что не буду верить могильному магу, и сама же нарушила обещание.

Папа говорил, не связывайся, не связывайся с сумеречными, особенно с некромантами.

Ведь, если все это неправда, откуда тогда Эмили узнала про родовые артефакты?

Я хотела достойно ответить ей. Хотела держать удар.

Но вместо этого навзрыд расплакалась перед своей счастливой соперницей, как последняя дура и размазня. Эмили Маклер торжествовала.

Да, она выиграла. Она победила. Однако ей мало было меня растоптать.

Она захотела меня добить:

– Ты просто пешка в его игре. Гилберт так и сказал мне. А еще сказал, что совершил ошибку, заключив с тобой контракт и не дождавшись меня.

Мы с ним будем вместе, а тебя он вышвырнет, как использованую тряпку. Ты уберешься в Дракончино вместе со своим нелепым дешевым мармеладом. У графа Гилберта Блэкмора только одна любовь, и это я. Точно так же, как у Морбидиона одна королева мармелада – Лизетта Дордюран. Заруби себе это на носу, ничтожество!

После ее ухода я плакала долго. Очень долго. Мне было так тяжело, что утолить эту печаль не мог даже мой фамильяр.

Это была некрасивая, гадкая истерика.