Яд и мармелад. Жена по неосторожности

Обещала, что больше не буду пытаться сбежать, если он разрешит мне поселиться в какой-нибудь самой дешевой гостинице, даже в хостеле.

Но Блэкмор заявил, что там я буду под присмотром.

Мне не хотелось находиться под присмотром этой семейной пары, после того, как так жестоко ошиблась в их искренних намерениях. Однако мой будущий муж был непреклонен и отвез меня именно туда.

Так тяжело было думать о Гилберте Блэкморе, как о своем будущем муже… Тут еще крылан, который остался от некроманта в полном восторге, все уши мне про него прожужжал.

– Сильный. Хороший! – одобрительно цокал Готь. – Любить.

Почти то же самое, только в более развернутом варианте, вещали мне мистер и миссис Прокторы, пытаясь убедить меня в том, что это блестящая партия как раз для моих целей.

Но теперь я-то знала, что в этом лишь только холодный расчет. Они опасались, как бы я снова чего не выкинула, и им бы за это не влетело от Блэкмора.

Под таким давлением было тяжело. Почти невыносимо.

Как-то утром я пробралась на кухню Прокторов.

– Леди за ранним завтраком? – всполошилась прикорнувшая кухарка. – Да что вы, приказали подать, вам бы в спальню кофе принесли… Уж простите, не высыпаюсь – у меня меленький ребенок, а муж уехал в горы за цветами. Он у меня продает на улицах букетики… Сейчас-сейчас, мигом все организую! Так вы тут будете завтракать, леди, или вам в спальню подать?

– Не надо. Я не хочу есть.

В самом углу кухни стояло несколько корзин со свежими фруктами. Их прислал верховный жрец Садов Диметры, в благодарность за то, что Блэкмор избавил деревню от умертвия.

Этот добродушный краснощекий толстячок очень долго благодарил Блэкмора и меня, которую счел за помощницу некроманта. Улучив момент, мне удалось поговорить с ним.

– Вы могли бы сделать мне скидку на поставку фруктов, если я буду заказывать их у вас постоянно? – спросила я.

– О, леди! – расплылся в улыбке жрец. – От садов и от меня лично для вас – самая большая скидка на каждую корзину.

Граф в этом разговоре не участвовал, но я видела, что он прислушивается. Главное, что никаких препятствий Блэкмор мне не чинил. А потом, когда мы вышли на улицу, где нас уже ждал экипаж до Морбидиона, Блэкмор сказал:

– Неплохо, Марисабель.

– Знаете, куда со своими одобрением идите, граф! – буркнула я.

И всю дорогу до столицы молчала. Ну, зато старался Готик, ставший в присутствии Блэкмора ужас, каким разговорчивым.