Ядожал

Выплюнула знатно пожеванную ножку стула, поднялась и сварливо уточнила:

– У нас гости, Конфетка. Веди себя как подобает даме, пожалуйста.

Хвостатая «дама» скептически глянула на меня, а после, переваливаясь с лапы на лапу и немного прихрамывая, приблизилась. С глубокой подозрительностью обнюхала мой ботинок и…

Кристен в последний момент успел наклониться и перехватить Конфетку, уже нацелившуюся проверить качество продукта обувной промышленности своими детскими зубками. И что-то подсказывало: ботинок проиграл бы в битве за прочность.

– Почему ты скрываешь ее от всех?

– Приказ декана, – пожал плечами Кристен, отнес Конфетку на место и вернулся. – Знаю, что немного опоздал с подведением итогов нашего спора и вообще заклинание уже давно развеялось, но все же…

Он взял мою чуть подрагивающую ладошку в свои руки и медленно опустился на одно колено.

– Адриана Нэш, ты станешь моей парой? – спросил он под звук моего оглушительно грохочущего сердца.

Я зажмурилась и попыталась сдержать волну нахлынувших эмоций.

Попыталась представить, как мы будем встречаться, если учимся на разных факультетах. Если принадлежим разным культурам. Если у каждого своя головная боль и забота, у меня – большой, но глупый Мясник, у Кристена – крохотная Конфетка.

Выдохнула, посмотрела на коленопреклоненного северянина, и на меня снизошло то самое мгновение «холодного разума», которое не раз выручало в экстремальных ситуациях.

Улыбнулась и с чувством произнесла:

– Кристен Арктанхау, официально заявляю, что ты самый потрясающий парень.

Правда. Я не знаю никого, кто был бы так самоотвержен и внимателен. Мне нравится вся та нежность, с которой ты смотришь на меня.

«Самый потрясающий парень» нахмурился.

– Почему мне кажется, что дальше будет какое– то неприятное «но»?

Я вздохнула и попыталась улыбнуться. Не вышло.

– Кристен, ты тот парень, о котором мечтают девочки. О котором мечтала я. И я была бы безумно счастлива, если бы у нас все сложилось. Но правда в том, что сейчас наши сердца нам не принадлежат.

Кристен поднялся так резко, словно сорвавшаяся с тетивы стрела. Он сильнее сжал мою ладонь, и его руки мелко подрагивали от с трудом сдерживаемого отчаяния.

– Нет. Ты ошибаешься…

– Хотелось бы. Но у тебя есть Конфетка, а у меня Мясник. И они нуждаются в нашей заботе. Я не хочу видеть, как мы разрываемся между ними и друг другом. Как делим внимание, дробим время и пытаемся урвать минуту для личного счастья. Потому что это обречено на провал.