Ядожал

Судя по энергии, с которой это было сделано, господин Медный с куда большей охотой прихлопнул бы одну в высшей степени проблемную меня, а не бумаги.

– Нэш, вы сейчас действительно пытаетесь убедить меня в том, что Анчар сам вышел из вольера? Сам перебрался в тренировочный загон. Сам притащил туда охапку крапивы. И сам начал попытку приручения?

Да уж! Моя версия не выдерживала никакой здравой критики. Это понимала я. Это знал декан. Это было ясно даже Анчару, заглядывающему через окно в кабинет.

– Скажите честно, адептка, – мягко и вкрадчиво попросил мужчина, – вы… издеваетесь, да?

– Господин Медный! – воскликнула я с наигранно-оскорбленным видом «как можно думать про меня такое».

Подумала и похвасталась: – Между прочим, у меня почти получилось!

По крайней мере на части «почти».

Всего завров на нашем факультете было пять, но с Борщевиком отношения у нас как-то сразу не сложились. Он меня еще с первого практикума после перехода на факультет ядожалов запомнил и мысленно занес в категорию «бесит». Лютик просто не любил посторонних.

Дурману попался грязный пучок морковки, отчего бедолагу скрутило от ненависти ко всему живому, а мне просто не посчастливилось стоять рядом. Плющ… С ним у нас действительно возникло крохотное недопонимание, которое, скажем честно, тоже не прибавило мне очков очарования в глазах ядожалов.

На фоне всех прошлых попыток реакция Анчара казалась мне самой дружелюбной. Ну почти!

Жаль, что господин Максимус Медный считал иначе.

– Адептка… – Из его уст это прозвучало как изощренное ругательство.

 – Когда я прибежал на шум, вы с воплями и подскоками улепетывали от разъяренного завра. Не знаю, на какой там результат вы рассчитывали в своих фантазиях, но у вас почти получилось… Почти получилось стать кровавой котлетой под ногами Анчара!

Собеседник встал и повернулся к окну. Анчар вдруг сообразил, что здоровенная сине-желтая туша не может оставаться незаметной. Завр шарахнулся, словно подслушивающая у замочной скважины служанка, сделал вид, что его наши разборки вот ни веточки не волнуют, и неспешно потрусил к излюбленному месту, к кор– мушке.

Я проводила взглядом упитанный зад ядожала с гибким хвостом и острым, словно копье, кончиком.

Господин Медный ошибся. Эта зверюга не собиралась топтать самонадеянную адептку до консистенции отбивной. Нет, нет, нет и еще раз фигушки.

Не подоспей преподаватель на выручку, ядожал преподнес бы ему «адептку на шпажке». И все это с выражением «вот где я вертел такие раздражители» на упитанной морде.