Ядожал

Так мы и стояли, тесно прижавшись друг к другу в пустом коридоре общежития, пока я не спохватилась:

– А как же твой праздник и неделя воздержания?

Кристен тихо рассмеялся куда-то в мою макушку и сжал еще сильнее.

– И тут я хочу рассказать тебе о втором важном совете, который дал мне Эрик.

– Эрик? – весьма скептически уточнила я.

– Это хороший совет. Не думай.

Я искренне сомневалась в том, что с языка бестактного Хезенхау может слететь что-то дельное, но заинтересованно умолкла и обратилась в слух.

– Эрик спросил, что бы я стал делать, если бы твоей жизни угрожала опасность… ну скажем, вот ты висишь над пропастью, а я иду мимо. Нарушил бы я неделю воздержания, поступился бы традициями, если бы на кону стояла твоя жизнь? И когда я сказал да, Эрик пнул меня и велел не ждать, а идти и спасать. Спасать наши отношения, готовые вот-вот сорваться в пропасть.

Я немного постояла, вытерла слезы тыльной стороной руки и нервно хихикнула:

– Не думала, что скажу это, но иногда Эрик говорит удивительно правильные вещи.

– Поверь, в будущем он тебя еще не раз удивит.

Кивнула и прижалась к Кристену, а он обнял так, словно закрыл от всего мира. Успокаивающе погладил по волосам, чмокнул в макушку и замер, делясь со мной теплом и спокойствием.

– Прости, Адриана. Мне нет оправданий за случившееся в столовой… – Он запнулся, не находя слов. – Просто я так… я был так зол, и я… Я так испугался за тебя…

Я подняла голову и слабо улыбнулась. Привстала на носочки и обняла его за шею.

– Кристен, я поплатилась за собственное невежество. Все хорошо. Правда. Ты ни в чем не виноват.

Парень неуверенно кивнул, принимая мои слова, но не соглашаясь с ними, а после резко поменялся в лице, словно вспомнил нечто крайне неприятное. Его руки сжали меня крепче, и он хмуро выдохнул:

– Зачем ты его поцеловала?!

– Кого поцеловала? – Я так растерялась, что даже не поняла, о чем он толкует.

– Того чудака с факультета звездокрылов, – пояснил Кристен.

– Глена? – Наконец вспомнила свой неосмотрительный «чмок» в столовой.

– А я, значит, не сделал ничего существенного? – проворчал парень. И там столько обиды прозвучало, что я не выдержала и лукаво улыбнулась.

– Кристен Арктанхау, только не говори, что звезда факультета ядожалов, первый наездник, получивший печать, и просто красавчик всей академии ревнует меня к Глену.

Лицо Кристена приобрело хитрое выражение, а уголки губ едва заметно дернулись.