Янтарный след

Он выбрал первый.

Люди на корабле не могли слышать их разговора, но все чувствовали в этой встрече что-то неправильное, хотя не могли понять что. Женщина, проведшая день и ночь на диком островке в одиночестве, не выглядела изможденной и напуганной. Понятно было бы, если бы она бурно обрадовалась появлению мужа или осыпала бы его бранью за то, что допустил это похищение. Но она была свежа и невозмутима, как королева в собственных покоях, и рассказ мужа встретила всего лишь с удивлением. Но наконец-то она начала вести себя как положено: обняла Хлёдвира за шею и поцеловала.

Правда, скоро начала отбиваться, решив, что ее муж позволяет себе больше, чем можно на людях. И наконец Хлёдвир повел ее на корабль.

Проходя по сходням, Снефрид подумала, как может на самом деле отблагодарить Хлёдвира. Сделать так, чтобы о случае с ее поясом и «рождением Слейпнира» все начисто забыли: и сам Хлёдвир, и все свидетели.

Хотя лучше ему самому эту память оставить – чтобы не зазнавался.

После того как обнаружили пропажу Торова молота, Локи ко мне зачастил.

Сначала он пришел вместе с Тором: они обшарили весь Асгард, но молота не нашли. Приходилось искать в более отдаленных краях, и Локи попросил у меня соколиное оперенье, чтобы туда попасть.

– Хорошо, возьми, – сказала я. – Но почему бы вам просто не пойти и не спросить у Одина? Теперь он знает все, что происходит на земле и под землей.

– Ему не до молота, – мрачно сказал Тор. – Он сидит и пялится в Источник, а нас даже не слышит.

Это зрелище я очень хорошо могла себе представить.

Даже меня несколько смущает отрешенность на лице Одина, когда он делает вид, что погружен в свои мысли, а уж как это должно смутить такую простую душу, как наш Тор! Жалко было смотреть на грустного здоровяка. Он и сейчас любого ётуна может зашибить голыми руками, но без молота он, бедняга, утратил веру в себя. А вот ётуны обрадуются, если прослышат, что молота больше нет и им нечего бояться. Скоро из Асгарда и выйти будет невозможно – разве что по их косматым ледяным головам.

Я отдала Локи соколиное оперенье, помогла надеть, и он улетел. Весь Асгард был в смятении: с тех пор как дверги выковали Тору молот, о ётунах никто не беспокоился, с любым из них Тор мог разделаться мгновенно, да и сами ётуны об этом знали, поэтому редко попадались на глаза. Без молота мы чувствовали себя почти беззащитными. Конечно, у наших мужчин есть и другое оружие – копье Одина или меч моего брата, способный убить любого великана.