Янтарный след

Казалось, на нем тесно облегающая одежда, сшитая из перьев.

– Привет и здоровья тебе, Хравн Черный! – Снефрид в изумлении рассматривала его новый облик, и это изумление вытеснило даже облегчение, что он ее услышал. – Как я рада тебя видеть! Мы разыскиваем одну женщину, бывшую жену Олава конунга. Она живет где-то в этих краях, но скрывается, ее родные не хотят указать к ней дорогу. Прошу, помоги мне!

– Я и тебя-то едва разыскал, – мягко улыбнулся ей альв. – Далековато ты забралась от родных мест!

– Но ведь ты можешь облететь всю землю!

– Могу, но здесь, среди чужого народа, властвуют другие боги и духи.

– Там на востоке тоже есть русы, они почитают Одина, Тора и Фрейра, у них есть святилище и кольцо клятв, – хрипло от волнения вдруг сказал Свенельд.

– Ты видишь его? – Снефрид повернулась к Свенельду.

– Здесь сильны чужие духи, они будут мешать мне.

– Но ты ведь справишься! – с мольбой воскликнула Снефрид. – Ведь твой владыка всемогущ!

– Взору Одина и мысли его нет на свете преград! – Хравн Черный улыбнулся.

 – Я позову братьев, думаю, вместе мы ее отыщем. Как ее имя?

– Тихонрава, – ответил ему Свенельд. Его рассеянный взгляд был устремлен куда-то в еловые лапы: впервые в жизни ему случилось говорить с духом. – Отец ее – Ратолюб. Но здесь не меньше пяти весей их гнезда, не считая выселок, я не знаю, где она может быть.

Хравн Черный подмигнул Снефрид… Черный ворон взмыл над поляной и исчез.

– Он улетел, – сказала она. – Пойдем.

Они двинулись назад к тыну, и у самой опушки Свенельд тихо спросил:

– А как он выглядит?

До самого вечера Снефрид ждала – часто выходила во двор, смотрела в небо.

Лося разделали, стали варить и жарить на углях мясо. Голову Свенельд велел вынести в лес, на то место, где они говорили с Хравном Черным: для духа. Быстро темнело, все отряды вернулись, но до самой ночи так никаких вестей не пришло.

Когда все улеглись спать, удрученная Снефрид еще сидела возле очага. В доме раздавался разноголосый храп да потрескивал огонь в высоком длинном очаге.

Куда же запряталась эта женщина, если даже взор самого Одина не может ее найти? Умерла? Если да, то хорошо это или плохо? Скорее плохо – тогда придется искать способ поговорить с мертвой женщиной, а это невозможно без прямой помощи Одина… Некстати вспомнилось, как она пыталась разговорить дух Сэмунда Когтя на Гусином острове; тогда она была очень зла из-за вмешательства Хлёдвира, а теперь воспоминание о том, как он прикинулся покойником, вызвало у нее смех.