Японская война 1904. Книга четвертая

— Дальше… — я подошел к ближайшему и отодвинул боковые двери, чтобы было видно, что внутри. Как раз выглянуло уже ставшее редким в конце сентября солнце, и лучи заблестели на маслянистых боках стальных гигантов.

— Какие большие! — выдохнул Славский. — Раза в два больше, чем на старых «Бранобелях».

— Так те двигатели весят 600 килограммов, а эти — уже тонна двести, — Мелехов, не раз копавшийся в документации, легко вспомнил все нужные цифры. — Прошлые — наша местная разработка, а для этих уже лицензию купили.

Причем купили еще в 1903-м, но раньше у Нобелей не хватало заказов для нормального запуска. А тут мы! И еще Путиловский предложил людей и место для расширения, вот дело сразу и пошло.

— Мощность? — Славский сразу перешел к главному.

— Пока 20 лошадиных сил, — ответил я, — но… Сейчас в этих двигателях только один цилиндр, добавим два, сможем довести до 40–60. И вот с ними уже можно будет по-настоящему развернуться. Возможностей для модернизации очень много. Увы, для нее нужно время, поэтому пока будем обходиться тем, что есть.

— И все равно, — глаза поручика сверкали от предвкушения, — уже так мы поднимаем грузоподъемность в два раза. Тогда… Как и считали, хватит на пушку и на броню! Я после того, как мы в тот раз все обсуждали, так и не решил, что лучше, противопульная со всех сторон или усиленная, но только спереди…

Славский любил упомянуть, что его приглашали для обсуждения новой машины. И еще бы я его не позвал, когда он у нас единственный и самый главный практик по этому направлению.

Звучит немного странно, но его несколько суммарных часов командования нашими бронированными грузовиками — это лучший результат в мире для подобных соединений. Наш местный Ротмистров, Гудериан и Паттон в одном флаконе.

Я продолжал идти вдоль вагонов, заглядывая то в один, то в другой. И вот… Я снова распахнул дверь, и на этот раз все увидели не ряды моторов, а крепко прикрученные к полу основы для тех самых будущих броневиков.

— Ого! — Славский присвистнул.

— Крепко сделали! — Мелехов тоже оценил толстую сталь каркаса, мощные рессоры и довольно низкие дуги под установку будущей брони.

Полковник огляделся по сторонам и, не заметив никого постороннего, даже повис на одной из балок, а потом попрыгал на укрепленных закладках для установки будущего мотора и пушки.

— А целый есть? — Афанасьев бросил взгляд назад, где стояла тестовая «буханка», и с интересом повернулся ко мне. Хитрый какой.

— Нет, целого нет, — я покачал головой.