Японская война 1904. Книга четвертая

Патроны нашлись в ящиках внизу, и, стоило Тюрину снарядить свою винтовку, машина рванула вперед.

Казалось бы, тряска должна была усилиться, но фельдфебель даже не заметил ее, настолько его все поглотило. Рывок, поворот, резкая остановка — несколько раз бахнула пушка. Снова вперед. Тюрин пытался что-то разглядеть через крошечную бойницу или через край смотровой щели водителя, которую было видно с его места. Ничего! Все мелькало, прыгало, сжатый в руках карабин искал цель, но не находил.

А потом машина остановилась.

— Вот и все, — Славский спрыгнул со своей наблюдательной позиции где-то под потолком машины.

— Что все? — не понял Тюрин.

— Но… — фельдфебель понял, что внутри него поднимается обида и раздражение.

Такое приключение, такой шанс, а он так ничего и не смог увидеть и понять. Дроздовский рядом выглядел не лучше: словно ребенок, которому показали игрушку и тут же отобрали.

— Знаете… — начал было поручик, но Славский его опередил.

— Хочу сказать, что вы оба только что прошли тест, через который мы гоняем всех наших новичков.

— Проверка. Что не боитесь машины — раз. Вы так не то что не боитесь, вы готовы ее полюбить. Дальше, вы следовали приказам — два. Вам сказали стоять у бойниц, вы стояли. И последнее, несмотря на всю необычность ситуации, вы верно оценили обстановку и не сделали ни одного выстрела — три.

— И это хорошо? — тихо спросил Тюрин.

— Как говорит генерал, это база, чтобы поступить на наши броневики, и я, — Славский широко улыбнулся, — предлагаю вам написать прошение о переводе.

Вот так и поговорили. После этого Тюрин с Дроздовским вернулись к своим, выбили японцев, а потом весь вечер рассказывали всей 19-й роте о новых русских машинах. Какие они на самом деле, в чем их сила, в чем слабость, и почему без пехоты даже самый мощный броневик не более чем просто большая и толстая мишень. Раньше фельдфебель этого не понимал, но теперь, побывав внутри, постояв у узкой бойницы и послушав, как дрожит сталь, он осознал то самое, ради чего генерал Макаров все это устроил…

— Михаил Гордеевич, а что вы думаете насчет этого предложения? — спросил Тюрин, уже когда все начали расходиться.

— Я думаю, — тот говорил медленно, — что нет менее или более важных отрядов, только вместе броня и пехота становятся силой.

— Значит, остаетесь, — Тюрин сжал кулаки.

— А еще я думаю, — продолжил Дроздовский, — что Макарову на самом деле нужны офицеры для его машин.