Японская война 1904. Книга третья

— Есть, — ближайший штабист что-то отметил у себя, потом подхватил схему и передал одному из адъютантов.

И снова только гул бьющихся сердец, шелест дыхания и стук работающих без перерыва телеграфных аппаратов. Татьяна несколько секунд сидела тихо, а потом приметила знакомое лицо. Адъютант Соловьев — он прошел через ее госпиталь всего несколько недель назад и вот вернулся на свое место вестового, на подхвате у полковника Лосьева.

— Саша, — тихо подошла к нему княжна. — Я вам не помешаю, если задам пару вопросов?

— Только не шумите, — так же тихо ответил тот.

— Генерал, конечно, и под грохот пушек может работать, но пока есть такая возможность… Лучше ему не мешать.

— Хорошо, — Татьяна кивнула, невольно задумавшись, насколько же солдаты и офицеры уважают Вячеслава Григорьевича. — Тогда я хотела спросить про ту схему, которую недавно передал генерал. Неужели солдатам нужно знать даже такие мелочи?

— А как же, — тут же засопел Соловьев. — Вот смотрите: есть мы, есть враг, и каждый умеет воевать.

А это значит что? Что стоит кому-то попереть вперед, как с другой стороны тут же подтянут и людей, и пушки! Понимаете?

— Если честно, не очень.

— Смотрите, когда мы идем в атаку в лоб, как это выглядит? Перебежки малыми группами, потом взвод или даже рота сосредотачивается и бьет. И в такой атаке есть два очевидных слабых места — пауза перед атакой и еще одна остановка сразу после того, как солдаты разметают врага. Как говорит генерал, это обычная психология.

Даже самый опытный солдат обычно продумывает свои действия только до края горизонта, до той точки, которую успел рассмотреть перед атакой из укрытия. И вот в эти-то моменты паузы и раздумий армия и несет самые большие потери.

— Потому что артиллерии проще вас накрыть! — поняла княжна.

— Точно! И поэтому мы еще с Ляояна пробуем другой подход. Начинаем атаку теми же малыми группами, а потом стараемся сделать так, чтобы солдатам как можно дольше не приходилось останавливаться.

Чтобы они знали свой маневр и либо продолжали постоянно двигаться, либо сразу начинали окапываться. Отсюда и такое внимание разведке. Это, может, при Наполеоне им было достаточно только врага посчитать, а сейчас 20 век — всем нужно воевать по-новому.

Татьяна согласно кивнула. Это было очень правильно: она вот старалась лечить по-новому, и это спасало тысячи жизней, Вячеслав Григорьевич сражался по-новому, и это тоже… Спасало жизни.