Ярость дьявола

Я думаю, Кейн преклоняется перед теми, кто похож на нее саму. Хм, а о Кайле и Кертисе вы могли бы сказать то же самое?

Смущенно опустив голову, в помещение шмыгнул агентик, который встретил Кэйси первым. Он прошептал что-то Хикс. Кейн удалось уловить часть его реплики, и, судя по всему, они, наконец, нашли Кертиса.

– Разговор не касается Барни Кайла, так что давайте не отклоняться от темы, – Хикс сохраняла присутствие духа и видимость спокойствия, но прочный фасад начинал трескаться по краям. – Я знаю, что мы уже заняли слишком много вашего времени, но я бы хотела, что бы вы остались еще ненадолго.

– Сколько угодно, агент Хикс, мне бы только разрешить эту проблему сегодня. – В отличие от Аннабель, Кейн держалась свободно, в ее жестах, в отсутствии нервных морщинок у уголков глаз, читались уверенность и спокойствие, хотя ставки ее были гораздо выше, чем у Хикс.

– Я вам точно нужна буду здесь? – спросила Мюриэл, когда Аннабель вышла.

– М-м-м, у тебя намечается жаркое свидание, о котором ты нам не сказала? – бросила Кейн с вызовом.

– Может и так. Меня, знаешь ли, женщины почему-то не находят столь привлекательной.

– Это все из-за того, что твое лицо на всех сайтах знакомств.

Услышав, как Кейн дразнит сестру, Шелби лишь хмыкнула. Мюриэл, равно как и Кейн, к помощи службы знакомств прибегать не приходилось. У Шелби защемило сердце. После того, как Джо и Лайонел все испортили своим появлением в «Пиканте», куда она пригласила Мюриэл выпить, они больше не виделись.

– Хочешь совет, дорогая? – продолжила Кейн в духе романтических ток-шоу. – «Вам лучше бы выбрать девушку из кабины номер… два».

Обе сестры Кэйси заметили на входе в комнату для допроса табличку с этим номером.

– Только сначала удостоверьтесь, что вам не свойственно говорить во сне.

Не успела Шелби обдумать то, что Кейн сказала, вошла Аннабель и с порога спросила:

– Он уже на проходной, мэм, – ответил один из агентов. – Я был уверен, что он доложит нам обо всем прежде, чем отправиться куда бы то ни было.

Проходя через посты охраны, Энтони только и думал о содержимом конверта, который он показал Кейн. Оно должно было стать главным аргументом Кертиса в свою защиту, если нарушение прямого приказа докладывать о происходящем могло принести какие-то проблемы.

Когда Энтони вошел, воцарилось молчание, и все глаза устремились на него. Сначала он оглядел собравшихся агентов, а только потом осознал, кто находился в комнате для допросов.