Ярость дьявола

Кейн подняла бокал:

– Не нужно извинений в кругу друзей.

– Быть может, и так, но мы все же просим прощения.

Кейн покачала головой, а Винсент в ответ рассмеялся:

– Долгие годы мы были очень дружны с твоим отцом, и в день, когда ты родилась, я был несказанно счастлив за него. Я видел гордость на его лице. Далтон понимал, насколько важны в нашей жизни семья… и преданность, – Винсент перевел взгляд на Эмму. – Ты дала Кейн тот же бесценный дар, и я вижу, как расцветает та же гордость на ее лице. И, должен сказать, я рад, что состоялась наша встреча.

– Почему? – вопрос был не совсем уместен, но Эмма не смогла удержаться.

– Потому, красавица, что и жизнь наша, и дело наше – только ради семьи, – ответил Рэймон. – И мы должны всегда помнить об этом. Поэтому здесь Винни, Реми, Мано и моя супруга.

Винсент поднял еще выше бокал. В его обращении к Кейн было что-то неуловимо официальное:

– Далтон мог полагаться на наши уважение и преданность, потому что, он заслужил их своими поступками. Видя, как ведешь себя ты, мы с Рэймоном понимаем, что отец хорошо тебя воспитал.

Рэймон тоже поднял бокал:

– Мое предложение аналогично, и я с нетерпением жду момента, когда мы начнем работать вместе.

– Я принимаю ваше предложение.

Больше Кейн ничего не произнесла, но эта единственная фраза звенела железной уверенностью.

– Тогда – за главу клана Кэйси, – торжественно проговорил Винсент.

Эмма, Сильвия и Марианна, жена Рэймона, остались сидеть, но остальные встали, прежде чем выпить. Эмма чувствовала: на ее глазах произошло что-то очень и очень важное, и, если раньше у Кейн была исключительная власть, то теперь она умножилась десятикратно. Старый союз был фактически основан заново, и в глазах лидеров других кланов Кейн Кэйси заменила Далтона. И это признание давало ей возможность опереться на силы и Рэймона, и Винсента.

Как и мужчины, что стояли перед ней, Кейн принесла клятву о том, что она непременно оказала бы помощь в ответ, если это понадобилось бы. Это значило, что она заключила соглашение о сотрудничестве, которого Хэйдену предстояло придерживаться в будущем, представляя свой клан, равно, как и Винни, и Реми с Мано, когда им придется представлять свои семьи.

– Соглашение, к которому мы сегодня пришли, сделает всех нас сильнее, – сказала Кейн, осушив свой бокал.