Ярость дьявола

Кейн знала, что для него четыре года – это целая жизнь, но теперь у Хэйдена была цель.

– Спасибо, мам. Спасибо за этот шанс.

– Ты же знаешь, я не даю шансов просто так. Ты заслужил его. Советую тебе вспомнить эти слова, когда в первый день после семнадцатилетия придешь, чтобы тебя ввели в курс дела, – они оба рассмеялись, потом Кейн указала наверх. – Иди, попрощайся с матерью, чтобы она, когда мы соберемся, уже успела проплакаться.

– Она разве уже одета?

– Дьявол, в этом доме одни юмористы, – отозвалась Кейн.

Она зашла в кухню выпить чашечку кофе, а потом поднялась в спальню, чтобы переодеться.

– Вы с Хэйденом все уладили? – Эмма лежала в постели и улыбалась. – Что бы ты там ни сказала ему, он явно счастлив.

– Я просто обозначила ему сроки, как мы с тобой и договорились. А что, он пытался уговорить тебя взять его с собой?

– Нет, просил, чтобы я каждую минуту пыталась уберечь тебя. – В этом было так много сентиментального, но Кейн расстроилась, что сын думал исключительно о ней. Она наморщила лоб.

Эмма ласково провела кончиками пальцев по появившимся морщинкам тревоги, разглаживая их. – Он хочет, чтобы я заботилась о тебе, ведь он знает, что все это время ты будешь защищать меня. И мне многому предстоит научиться, если я хочу быть в твоей команде.

– Ты уже в моей команде. И ты его мать. Как бы я ни пыталась, у меня никогда не получалось заполнить пустоту в той части его жизни, за которую отвечала ты, – Кейн протянула Эмме чашку свежего кофе, и легла рядом.

– Впрочем, получается, что я неплохо поработала, если он хочет, чтобы я до конца наших дней заботилась о тебе.

– Милая, ему двенадцать. И не говори мне, что ты еще не преподала ему пару дельных уроков, как вести себя с девочками.

Эмма взяла кружку обеими руками, грея ладони, и прижалась к Кейн:

– Я тебе отвечу так же, как обычно отвечают федералам, – Эмма игриво пихнула Кейн в бедро.

– Я отказываюсь давать ответы, если они угрожают моей репутации.

Кейн положила ладонь Эмме на живот, и уже начала раздумывать, в какую сторону ее руке направиться, как вдруг дверь в спальню, не постучав, открыли.

В проеме показалась детская головка с роскошной черной шевелюрой. В первое утро в доме Рафов Кейн пришлось выучить важный урок – как не нанести рефлекторный удар, если просыпаешься и видишь на подушке кого-то еще. В комнату вошла девочка – точная копия Кейн. Но, если внешность Ханна унаследовала от Кейн, то ласка и нежность у нее были явно от Эммы.