Ящик Скиннера

Слезы брызнули у Ляо Яфан из глаз, и она прокричала:

– Кто дал вам право копаться в моих вещах?!

С этими словами девочка выскочила на улицу.

Подошло время ужина, но Ляо Яфан так и не вернулась. Из-за событий дня атмосфера в столовой была тяжелой, и веселился за столом только Эльбао. Разбитая губа нисколько не умерила его интерес к еде, и он набивал рот с превеликим аппетитом.

А вот травмы учителя Чжоу оказались серьезнее, чем он думал. Синяк распух, и учитель не мог ровно сидеть в своем кресле, не морщась от боли.

Со сгорбленной спиной, он проглотил пару ложек, а потом вернулся к себе отдыхать. В отсутствие Ляо Яфан Фан Му вызывался помочь сестре Чжао с посудой, однако она и слышать об этом не хотела, и после нескольких героических попыток юноша сдался.

Некоторое время он посидел в комнате учителя Чжоу, развлекая того беседой, а потом собрался уходить. Проходя мимо комнаты сестры Чжао, снова посмотрел на портрет ее покойного сына над комодом. Он уже обращал внимание, что обычно она оставляет дверь открытой.

Мгновение поколебавшись, Фан Му вошел внутрь.

Комната освещалась слабо; в неподвижном воздухе витали густые ароматы благовоний. Стены стали липкими и покрылись желтоватым налетом от постоянно горевших лампадок. Мальчик глядел на Фан Му из траурной рамки, и внезапно ему вспомнилось, как сестра Чжао сказала однажды: «Я знаю, что сын скоро вернется ко мне».

Год за годом она молилась перед своим импровизированным алтарем и не запирала двери, словно действительно надеялась на его возвращение.

Под густым слоем пепла в курильнице тлело материнское сердце.

Фан Му взял несколько благовонных палочек и прошептал:

– Если ты меня слышишь, то, где бы ты ни был, возвращайся.

Это была сестра Чжао. Фан Му обернулся и увидел, как она, тяжело переваливаясь на усталых ногах, подходит к постели. Села и медленно, аккуратно отвернула рукава, а потом стряхнула пыль с брюк.

– Посиди со мной немного, маленький Фан. И прости, что тут такой беспорядок.

Он пробормотал слова согласия и присел на маленький стульчик перед ее столом.

– Сестра Чжао, сколько вы работаете у учителя Чжоу?

– Кажется, уже шесть лет. – Она посчитала на пальцах. – Шесть лет и семь месяцев.

– А сколько, уж простите меня за грубость, вам лет?

– Сорок один, – прямо ответила она. – Я уже старая.

– Вовсе нет! – Фан Му старался осторожнее подбирать слова. – Но почему – опять же, без обид – вы не вышли замуж? Может, у вас родился бы еще ребенок…

– Нет. – Сестра Чжао решительно задрала подбородок.