В голове у него царила такая путаница, что он не мог самостоятельно думать; теперь ему оставалось лишь надеяться на своего непредсказуемого и неумолимого адвоката.
Чжан Десянь заметил этот взгляд уголком глаза, повернулся к подопечному и внезапно засмеялся.
– Расслабься. Скоро мы будем в безопасности.
В пятидесяти метрах позади «Ауди» мчались с включенными сиренами патрульные машины. В одной из них, весь потный, сидел капитан Тянь, не сводивший с «Ауди» глаз; хриплым голосом он выкрикивал по рации приказы.
– Быстрее… Сразу же мне сообщите… Перекройте съезды с проспекта Авангарда…
Несколько полицейских на мотоциклах пронеслись мимо, петляя в транспортном потоке.
– Это же первый в истории Чанхона побег из следственного изолятора, да?
Пожилой полицейский потер рукой подбородок и ответил негромко:
Легкая краска, только-только проступившая у капитана Тянь на лице, сразу пропала.
Чуть ли не половина всей полиции Чанхона была мобилизована. Пожарные, спасатели, спецназ – все подключились к операции, сжимая беглого преступника в кольцо. Еще каких-то пять минут, и Люо Цзяхай будет пойман.
Полицейские мотоциклы уже шли в десяти метрах от «Ауди». Чжан Десянь мог разглядеть эмблемы на шлемах в зеркало заднего вида.
– Дьявол! Люо, приставь мне снова к горлу перо, быстро!
– А? – Люо Цзяхай закопался вокруг в поисках ручки.
– Скорей! – рявкнул Чжан Десянь тоном, не допускающим возражений. – Придется играть до самого конца.
Перед ними уже открывались перекресток проспекта Авангарда и шоссе на Чунцин. Чжан Десянь выдохнул, про себя досчитал до трех и бросил «Ауди» в самую гущу машин.
В этот момент справа на перекресток вылетел тяжелый грузовик, направлявшийся в южную сторону. Отчаянно сигналя, его водитель проехал на красный свет и оказался прямо в центре перекрестка.
Один из полицейских на мотоциклах не успел вовремя затормозить. В последний момент он вывернул руль в сторону, надеясь обогнуть грузовик сзади, однако не заметил внедорожник, выезжавший с другой полосы. Мотоцикл врезался в него и, перевернувшись, подлетел в воздух. Полицейского отбросило больше чем на двадцать метров; он приземлился на тротуаре, откатился по нему еще на метр или два и врезался в основание фонарной мачты. Больше он не шевелился.
