На тыльной стороне рук просматривались голубоватые вены. Ее руки не были белыми и нежными, как обычно у девочек ее возраста; на них отчетливо проступали трещинки и мозоли. Фан Му вспомнил нож и большой таз, полный картошки, и тихонько вздохнул.
Солнце уже начало садиться, и Ляо Яфан это заметила. Она торопливо затолкала остатки мороженого в рот, вытерла губы салфеткой и встала.
Фан Му поглядел на гору нетронутой еды перед собой и усмехнулся:
– Думаю, сегодня готовить не придется – тут хватит на всех.
Он попросил у служащего пакет и переложил в него оставшиеся свертки и упаковки.
Когда он помогал ей пристегнуть ремень, она внезапно сказала:
– Мама часто водила меня в «Кей-эф-си».
На секунду Фан Му замер, не зная, что отвечать. И только спустя некоторое время пробормотал себе под нос:
Был час пик, и на улицах повсюду толкались автобусы и автомобили. Всю дорогу Ляо Яфан не говорила ни слова; взгляд ее был прикован к электронным часам на приборной доске.
Когда они преодолели центральный проспект и выбрались на кольцевую дорогу, ведущую в пригород, движение стало свободнее, а виды вокруг – приятней.
Фан Му заметил, что лицо у нее по-прежнему красное, и спросил:
– Нет. – Но бисеринки пота отчетливо проступали у девочки на переносице.
– Давай откроем окна. Мне вот жарковато.
Ляо Яфан снова выпрямилась и оглядела дверцу машины, не зная, на какую кнопку нажимать. Фан Му открыл окно за нее, и волосы девочки взлетели вверх, подхваченные ветром.
Несколько минут спустя внедорожник въехал во двор «Дома ангелов». Ребятишки, игравшие во дворе, сначала перепугались, но быстро сообразили, кто это, и окружили машину.
