«Люо Цзяхай, где ты, черт тебя побери?»
Сразу после побега полиция перекрыла все автобусные и железнодорожные вокзалы, а также аэропорты в городе. Судя по их данным, Люо Цзяхай не покидал Чанхон.
Листовками с его фотографией и подписью «Разыскивается» были оклеены все дома – от центральных улиц до глухих переулков. Полицейским запретили уходить в отпуск, а количество дежурных машин и пеших патрулей увеличили вдвое. Человеку в тюремном комбинезоне надо было где-то есть и спать, никто не смог бы скрываться вечно.
– Не переживай так. – Бьян Пинь обеими ладонями растер усталое лицо, сидя за столом у себя в кабинете.
– Ну да… – Фан Му поглядел на выступающие вены на тыльных сторонах рук начальника, на его глаза в красных прожилках, и чувство вины, преследовавшее его, выросло десятикратно.
– Отложим пока убийство в лабиринте и направим все силы на поиски Люо Цзяхая.
– Ну да… – повторил Фан Му и поднялся. Совещание не принесло ему облегчения.
– Да так… оглядеться немного.
– Присядь. – Бьян Пинь указал ему на диван. – Физический поиск – это не твое. Давай-ка ты лучше предоставишь это ребятам из участка, которые привыкли к такой работе, ладно?
Фан Му остался стоять.
– Ты знаешь, почему я попросил перевести тебя сюда? – Тон Бьян Пиня стал заметно жестче.
– Да. – Фан Му не отрывал глаз от пола. – Чтобы заниматься анализом преступлений, связанных с психологическими девиациями.
– Это и без того ясно…
– А заодно, – продолжал Фан Му, и рот его постепенно растягивался в улыбку, – чтобы вести переговоры в случае взятия заложников.
Бьян Пинь расхохотался:
– Ты – хитрый маленький ублюдок!
От попытки начальника развеселить его Фан Му почувствовал себя немного уверенней.
Люо Цзяхай мог быть в двух местах: либо он уже покинул город, либо прятался тут, и в таком случае его кто-то укрывал. Фан Му склонялся к последнему варианту.
– Изложи мне ход своих мыслей, – попросил Бьян Пинь.
– Во-первых, я не думаю, что Люо Цзяхай по собственной инициативе решил сбежать из следственного изолятора.
