Яжмаг

У вас необычно дорогое бельё…

– Вы трогали моё бельё? – вспыхнула она болгарским розовоцветом.

– Не только трогал, но даже нюхал, – честно признался я. – Правда, извращенцем стать не получилось, видимо, это не моё. Однако суть не в том. У нас, яжмагов, не принято задавать лишние вопросы, а уж тем более давить на психику, требуя немедленного ответа. Я никуда не спешу, вы никуда не спешите. То есть вам пока вообще некуда спешить. Оставайтесь здесь, у меня есть гостевая комната.

– Да нет, братва, вааще, атас! Где ей остаться тут у нас?!

– Переделаешь мой рабочий кабинет, – отрезал я, не желая слушать вечное нытьё кота.

 – Диван там есть, ковёр есть, кресло унесём, стул поставим, остальные мелочи добавим по ходу, в качестве оплаты за жильё можете помогать Фамильяру убираться в квартире.

Нонна попыталась протестовать, и мне пришлось спросить уже в лоб:

– Когда вы в последний раз ели?

Громкое урчание в животе тут же выдало её с головой. Ну правильно, на одном чае долго не протянешь, в кафе мы не попали, да я и сам, как помню, фактически весь день на односолодовом шотландском и нервах.

Это демон у нас в шоколаде, он и ворону съел, и бандитами в машине удовлетворился.

– А ведь мы купили в «Дикси» торт. Будете?

В последующие полчаса мы в четыре руки вымели из холодильника всё, что можно было съесть, и, образно выражаясь, отвели душу, ублажая тело.

Улопались, как два хомяка в зернохранилище! Не знаю уж, как насчёт ангелов, но эта милая девица с талией Констанции трескала за троих Портосов! Бедный андерсоновский Крот, который считал, что жене достаточно половины зёрнышка в день, просто повесился бы при виде той скорости, с которой Нонна уплетала невский вафельный торт, краснодарские яблоки, краковскую колбасу, ставропольский камамбер, архангельского лосося, орешки, чипсы и чёрный хлеб с изюмом…

Я было дерзнул поинтересоваться, не боится ли она потолстеть, но одного взгляда глаза в глаза оказалось достаточно, чтоб я подавился своим же вопросом.

А как только после чая на тарелках остались лишь самые мелкие крошки (крупные Нонна прикончила), её ресницы стали слипаться, и наша сытая гостья уснула, свернувшись калачиком прямо на узком кухонном диванчике.

Мы с Фамильяром не рискнули даже пытаться её разбудить, но я поднял девушку на руки, как ребёнка, и перенёс в спальню. Похотливый демон настаивал на том, что Нонну надо бы раздеть, не спать же ей в одежде, поэтому пришлось молча показать ему кулак. Пусть лежит, как лежит, прикроем ножки пледом, и всё.