Яжмаг вне закона

– Тем более что тебе ничего особенного с собой брать и не надо, – напомнил я самому себе, почесал в затылке, переоделся и ещё раз мысленно поставил перед собой порядок задач.

Собственно, он был не слишком сложным: войти в лавку, поговорить о лекарстве для своего призрачного друга с красавицей-брюнеткой, у которой между жемчужными зубками прячется длинное кинжальное лезвие, выйти живым, вернуться домой.

Вот и всё. Ничего лишнего или сверхзаумного. Всего четыре шага. Четыре ма-аленьких шажочка между жизнью и смертью, потому что, если я оттуда не выйду, ни Свет, ни Тьма не будут лить горючие слёзы или обмениваться грозными нотами протеста.

В нашей профессии долго не живут и от старости не умирают, так что чего уж там ныть…

Я прошёл коридором, осторожно заглянув на кухню. Там царили Морфей с Бахусом, ароматы виски и полное взаимопонимание, то есть все трое наших попросту спали.

Нонна сопела носиком, свернувшись калачиком на кухонном диванчике. Белая Невесточка похрапывала, сидя на табурете, удобно улёгшись грудью на стол и подложив руки под голову.

Мой кот валялся прямо на полу, на спине, раскинув лапы и хвост в разные стороны, словно изображая выброшенную морскую звезду в Анапе на черноморском побережье. Мне оставалось лишь поплотней задёрнуть шторы, чтобы утреннее питерское солнце не слишком вмешивалось в их сладкие сны. Пусть отдыхают, ночь была без сна, а впереди ждёт очень сложный день…

Август коварен, температура может прыгать от плюс двадцати пяти едва ли не до нуля. Поэтому, посетив ванную и туалет, я всё-таки накинул пиджак поверх тонкой шёлковой рубашки.

Потом, подумав, положил в левый карман небольшую пригоршню соли, а в правый полпачки нюхательного табаку ещё из отцовских запасов.

Это, разумеется, не оружие ни в каком виде, но иногда способно помочь. Тем паче что колдовать за пределами дома мне нельзя, а второй раз детские хитрости с подброшенной монеткой или серебряными часами уже не прокатят. Ну а соль и табак одни из старейших способов отпугнуть нечистую силу.

Так что пусть будет, запас карман не тянет.

Я вышел на улицу, с наслаждением втягивая ноздрями сладковатый воздух питерского утра. Золотисто-розовое солнышко играло в чистой лазури неба, невольно заставляя жмуриться. Лёгкий ветер с Невы был упоительно свеж, донося отдалённые запахи смолистых сосен, песка и корюшки. Погода буквально располагала к пешей прогулке, но бдительное фырканье белой лошади с барельефа напомнило о соблюдении необходимых правил осторожности.