Яжмаг вне закона

 – Стой!

Я сунул руку в карман и, не вдаваясь в разговоры, широким жестом, от всей души обсыпал его нюхательным табаком. Никакой магии, никакого волшебства, чистая физика и химия. Мне оставалось лишь минуту не дышать, обходя отчаянно чихающее существо, сучащее всеми восемью волосатыми лапами. Как говорится, большое спасибо Петру Алексеевичу за то, что привёз табак из Европы к нам в Россию-матушку! Полезная вещь, оказывается…

– Теперь ты мой, яжмаг! – Очкастая девица ждала меня на выходе в отделе антикварной литературы, но с ней в чём-то даже было проще.

Я позволил ей схватить меня за плечи, распахнуть широкую пасть, полную мелких острых зубов, и сунул туда кулак. Глубоко, практически до горла. Девочка замерла, не в силах ни сомкнуть челюсти, ни проглотить мою руку. Мне оставалось лишь разжать пальцы, высыпав ей на гланды полную пригоршню крупной поваренной соли. Вот и всё…

Очкастая тварь с причёской каре рухнула на пол, задыхаясь и едва дыша. Когда-то я читал об этом приёме в рассказах таёжных охотников.

Уж по-любому ему будет какое-то время совсем не до вас. Как и в нашем сегодняшнем случае никому уже нет дела до усталого меня.

Я перешагнул через скребущую ногтями пол девицу, спокойно выйдя в основной зал. Две улыбающиеся физиономии сразу обернулись в мою сторону, приветливо размахивая ладошками из-за столика в примагазинном кафетерии.

– Нонна? Фамильяр? Какого чоткого Сотоны вы тут делаете?!

– А мы за вами пришли, – радостно вскочила правнучка архангела. – Ваша Белая Невесточка, она…

– Да, да, простите, в общем, она уже спит. Потому что нельзя столько алкоголя сразу, это же ужасно вредно, правда? А потом котик сказал, куда вы направились, и я…

– Фамильяр, скотина ты эдакая?

– А то хозяин сам не знает, что с нами, смертными, бывает, когда девица, вот как эта, упорно требует ответа? – Он не постеснялся ярко изобразить удушение за шею и вывалить язык.

Но в целом, должен был я признать, Нонна Бернер отличалась завидным упрямством в достижении цели, особенно если была свято уверена, что творит добро. А уверена она практически всегда, это её кредо. Так что мне не оставалось ничего более разумного, как расплатиться за их кофе и вежливо вывести обоих на улицу.