Яжмаг вне закона

Водителя мы не выпустили, втянув за ногу обратно, и резко поседевший двадцатилетний парень с зачатками бороды аккуратнейшим образом доставил всю нашу троицу по указанному адресу.

Я ему потом даже заплатить хотел, но он почему-то не взял. Да, видимо, всё-таки на Кавказе какие-то традиции уважения к женщине сильны до сих пор. Тем более к трём. Машина ушла, петляя зигзагами, словно бы отрываясь от погони со стрельбой, которой не было. Мы же встали на тротуаре, выстроившись у поребрика, и задрали головы в ожидании подлёта Гэндальфа.

Если кто-то вдруг подумал, что свадьба мистических существ происходит по человеческим традициям и зал бракосочетания для джиннов такой же, как и для обычных людей, то, как говорят евреи, я с вас удивлюсь. Но не более, разумеется, вы вправе не знать о таких вещах.

Мы находились на перекрёстке у знаменитого дома на Гороховой. Одно из известных мистических мест нашего таинственного города. Не буду пересказывать всю историю о масонах, каббале, Зубове и Распутине, кому интересно, найдёте в Интернете.

Внешне здание вылизано, но внутри хиппи и рокеры развели такой свинарник, исписав стены дебильным граффити, что порой и заходить страшно.

Ну да Уголовный кодекс им судья, мы не за ними пришли, у нас свои дела-делишки. На улице, где шумный людской поток заметно уменьшался в поздние часы, представителей других форм жизни можно увидеть даже невооружённым глазом. Никто не прятался, это их место, и толерантность в отношении нашей нечисти крайне велика.

Прямо сейчас мимо нас прогулочным шагом фланировали двое стройных денди в дорогих костюмах середины девятнадцатого века, у одного была собачья морда, а у другого свиное рыло.

Им навстречу, со стороны Кронштадта, неслась на крыльях августовского ветерка стайка юных призраков в морской форме.

С ветки дерева, переступая с лапы на лапу, скалился потрёпанный Алконост с мужским лицом, но с едва прикрытой перьями женской грудью. У самого фасада роились разноцветные змейки гофмановских романов. Старуха-ведьма из-за угла дома зазывно показывала желающим голую артритную коленку.

И да, желающие были!

По мостовой процокал копытцами мелкий бес в дорогом пиджаке и пионерском галстуке, без штанов, зато с трёхцветным думским значком на лацкане. Невдалеке раздался заунывный вой, то ли собачий, то ли волчий, а через минуту показался и сам оборотень, привычно метящий все фонарные столбы и углы домов. В облаках изредка мелькали голые девицы на мётлах, преследуемые раздражённым вороньим карканьем.