Наоборот, очень рада была, что удалось избавиться от домогательств суггестолога. Тот ведь совсем старый, и пальцы у него подагрические, и пахнет от него пылью, и клеится он, все говорят, к любой приехавшей, кто до него снисходит, но у моей пампушки, ежу понятно, прежде и таких мужчин не было...
И насколько жестоко, оказалось, я ошиблась в моей толстушке!
Но расскажу по порядку.
...Тем вечером настроение у меня опять было паршивое. Я устала за целый день тренировок – поди, попрыгай восемь часов практически без отдыха! В обед мы поругались с Кирюхой, а за ужином ничего не случилось.
За исключением того, что у стойки раздачи мы случайно столкнулись с мечтой всей моей жизни Костей, и он посмотрел на меня, как на пустое место...
Я не какая-нибудь, конечно, алкоголичка, но выпить после этого мне захотелось смертельно. И, без аппетита покидав в рот безвкусный ужин, я отправилась в бар. Никаких сегодня пижонских коктейлей – мне нужно было просто выпить водки, и побольше.
Но только давно замечено, что спиртное может тебя развеселить, если все хорошо. А коли начинаешь пить в мрачном настроении, алкоголь тебя, наоборот, вгоняет в депрессию. Особенно если употребляешь его без компании. Сегодня именно так и случилось: после четвертой одинокой рюмки в полупустом баре я еле сдерживалась, чтоб не зарыдать в голос. И вдруг... В первый момент я вообще подумала, что у меня глюки начались. Потому что дверь бара вдруг хлопнула, и на пороге показались.
.. моя пампушка Бэла и – Константин! Причем его рука уверенно лежала на ее плече, а моя подопечная вся лучилась от счастья!
Я поморгала: не рассыплется ли видение в прах? Однако ничего подобного: парочка проследовала к уютному угловому столику, Константин галантно отодвинул перед сияющей Бэлой стульчик, уселся сам и снова водрузил руку ей на плечо!.. И заказал подбежавшей официантке клубничный дайкири: «Такая шикарная девушка, как вы, Бэлочка, должна обязательно любить этот коктейль, я угадал?»
Та в ответ глупо проблеяла:
– Да, Константин Сергеич, конечно.
..
А Костя (мой Костя!) ласково провел ладонью по ее щеке и с напускной строгостью произнес:
– Это что еще за Сергеичи? Чтобы я больше этого, моя хорошая, не слышал!
Я сидела, будто оплеванная. Мне ужасно хотелось броситься к ним и высказать все, что я думаю об их подлом рандеву. Но я, конечно, удержалась и вместо этого потребовала у официантки еще водки.
