В мире миллионы мужчин, кроме Османа. Он обычный, такой же, как и все. Но от его взгляда кровь закипает, а сердце так сладко и даже болезненно сжимается в груди, но тебе всё равно хорошо.
Удивительно хорошо, когда он просто рядом и вы разговариваете ни о чём, когда он касается тебя, вызывая миллионы сумасшедших мурашек в предвкушении сладкого поцелуя. С ним чувствуешь себя в безопасности, как дома, за каменной стеной. Конечно, он обычный человек, но теперь почему-то смотреть больше ни на кого не хочется. Потому что хочется только с ним – жить, любить, строить планы и смотреть на море…
Следующие три дня я просто лежу и смотрю в одну точку, прокручивая, словно на записи, в памяти все события прошедшей недели, вспоминая Османа, его улыбку, смех и глаза.
Надеюсь, что напишет или позвонит, но телефон предательски молчит. Ему это не нужно.
Наконец, заставляю себя встать и разобрать вещи. На дне чемодана нахожу красную квадратную коробочку с украшениями. Наверное, Осман положил её, когда я вышла или была в душе.
От воспоминаний сердце снова заходится в бешеном ритме, а слёзы заволакивают глаза.
Выхожу на кухню, завариваю чай. Смотрю в окно на привычный двор и понимаю: не нужен мне этот чай, эта квартира и город этот тоже не нужен без него.
Через неделю звонит Лерка, совершенно неожиданно для меня.
– Варь, ты дома? – на заднем фоне шумит машина.
– Нет. На съёмной квартире. Где обычно.
– Буду у тебя через десять минут, – отключается, даже не выслушав ответ.
Не понимаю, что она делает в моём городе.
Звонок в дверь отвлекает от размышлений. Плетусь открывать, зная, что на пороге подруга.
– Привет. Да-а-а-а, жильё атас, конечно! Конура собачья больше. – Лера осматривает одну маленькую комнату.
– Пока у меня выбора нет. Не готова я сейчас с мамой бодаться, а мирно договориться вряд ли получится.
Она кладет на стол передо мной синюю папку и медленно придвигает ближе.
– Что это? – непонимающе таращусь на неё.
– Документы на квартиру. Осман купил тебе трёшку в новом районе, на другом конце города.
Отличная квартира, с ремонтом и мебелью. Хоть сегодня переезжай.
Я непонимающе пялюсь на папку. Он всё-таки сделал то, что хотел.
– Варь, только не отказывайся, ты не в том положении. Он хотел как лучше, понимаешь? Сам не приехал, думал, ты в него этими документами кинешь, откажешься сразу.
Лучше бы приехал… Так я его хотя бы увидела.
– Я не откажусь, – беру папку и отхожу к окну. – Ты права – я не в том положении.
