— Ты повторяешь, что твоя сестра боялась некроманта, а сама его не боишься? И черных глаз его не боишься? — пытливо спросил Тегран у Таи.
— В моем мире черные глаза не редкость, я нормально отношусь к глазам любого цвета, и темные мне нравятся.
— А серые? — с лукавым прищуром уточнил Тегран.
— А серые нравятся меньше, чем черные, — хмыкнула Тая.
— То есть, ты совсем-совсем некроманта не боишься?
Тая чуть глаза не закатила:
— Яр, на свете нет патологоанатомов, которые убоялись бы покойников и некромантов! Вашу всяческую нежить надо изучать и исследовать, а не бояться! И магия смерти — интереснейший объект! Неужели вам самим неинтересно, что за напасть свалилась на вашу планету из глубин космоса? И больно похожа она на радиацию…
Маги и Тая заспорили о возможности изучать нежить, о новых горизонтах, раскрывшихся перед нетрадиционной медициной в королевстве, пока их сверхинтересную дискуссию не прервал срочный вызов из дворца.
Верховный маг оборвал на полуслове свой жаркий спич, переглянулся с Таей и Теграном, как бывалый заговорщик.
— Все сведения о принцессе храним в тайне, это лишняя информация для министров и Совета, — постановил Лерен. — Сообщим, что последние известия из далёких провинций натолкнули Яроя на мысль об операции, Тая убедила его довериться новым веяниям в нетрадиционной медицине и рискнуть, а извлечение катира целитель произвел сам.
Тегран попробовал запротестовать, не желая присваивать чужие лавры, но его быстро убедили, что такая версия наиболее правдоподобна и безопасна для сохранения тайны принцессы.
Трио заговорщиков договорилось обо всем, чтобы не нашлось разночтений в их описании произошедших событий, и отправилось во дворец — убеждать короля и Совет в необходимости выделить людей и площади под новое, хирургическое, отделение больницы.
Мечта Таи стать хирургом приобретала видимые очертания. С магической поддержкой возможно очень и очень многое в деле хирургии, особенно если главные помощники — известный целитель и верховный маг целого королевства.
Завтрак королевской семьи на следующее утро проходил в напряженной атмосфере всеобщего недовольства друг другом.
— Дочь, ты — принцесса, ты не можешь исчезать из дворца, когда вздумается, никого не предупредив о своем уходе! Ты хоть представляешь, какой переполох устроила?! — отчитывал Таю король непривычно суровым тоном.
— Доченька, мы боялись, что тебя похитили, — промокала глаза платочком королева.
