— Оказывается, у меня совершенно потрясающая невеста, — прошептал Кайл, ласково приглаживая левой рукой волосы девочки. И откуда она знает, что при критично низких температурах скелеты бьются, как стекло?! И откуда такая отвага в этом юном изнеженном существе? — Подозреваю, что очень скоро буду уже не со смирением, а с нетерпением ждать твоего восемнадцатилетия.
И в сердце некроманта расправила хрупкие, трепетные крылышки призрачная надежда на не слишком унылое семейное будущее.
Кайл сдержал слово и разбудил ее, когда вечер только начинался.
Пасмурный, сумеречный вечер, как и весь прошлый день. Вторые сутки солнце пряталось за плотной завесой туч, не даря ни единого лучика черной земле. Не удивительно, что ночью здесь становилось жутко холодно, тут и днем было не жарко, если стоять на месте, но стоять-то им как раз не доводилось. Измотанный Кайл категорически отказался спать, когда Тая предложила и ему вздремнуть часок, пока она будет следить за временем и окрестностями.
— Дома высплюсь.
Спускаться вниз слишком рискованно, придется подниматься вверх и двигаться по этому хребту. Путь к границе выйдет длиннее и труднее, чем по ровной земле, но зато безопаснее, — сказал он.
Верно оценив мрачное выражение его лица, Тая спросила:
— Что, нежити в приграничном районе оказалось больше, чем ты рассчитывал увидеть?
— Да. Гораздо больше! — глухо подтвердил Кайл. — Еще полгода назад ее концентрация здесь была в разы меньше.
— А на самой границе количество нежити не слишком возросло?
Кайл кивнул, плотно сжимая губы.
Да, ситуация выглядела опасной и снова заставила Таю усомниться в неразумности нежити: складывалось впечатление, что та очень продуманно и незаметно для защитников человеческих королевств готовит прорыв.
— Раз вы можете управлять своими слугами-зомби, то и этой нежитью может кто-то управлять, верно? — задумчиво спросила Тая.
— Раньше я сказал бы, что в корне неверно, — пробормотал Кайл и обвязал их талии концами одной общей веревки, надежно сцепив их друг с другом.
Несколько витков этой веревки он вручил Тае и скомандовал: — Если сорвусь с гряды вниз, то немедленно перерубай веревку катаной, пока все витки не размотались. Пошли!
«Угу, так сразу и перерублю, — молча прищурилась Тая, шагая по вершине осыпающегося каменного хребта вслед за мужчиной. Высота этой горной гряды не превышала трехсот метров, на ней не было никакой растительности, только голые камни и крутые обрывы.
