Принцесса ни одного урока до конца не высидела, ни одного правила наизусть не выучила, а знаешь, что она написала в последнем сочинении по обществоведению?
— Что? — заинтересовался Кайл, стягивая со спящей девушки ботинки, снимая с нее куртку и накрывая покрывалом.
— В сочинении требовалось описать быт бедной крестьянской семьи, так принцесса написала: Жила-была бедная крестьянская семья. И все они были бедные, и слуги у них были бедные, и садовник с привратником были бедные, и даже кони в конюшнях стояли самые непородистые.
Кайл рассмеялся и поспешно прикрыл рот рукой, боясь разбудить девушку. Он вышел из комнаты и, закрывая дверь за отцом, сказал:
— Ловко Тая всех учителей заставила поверить в свою великую глупость, чтобы они не мешали ей спокойно заниматься тем, чем ей хочется заниматься. Я теперь знаю, на что она тратила уйму своего свободного времени.
— На сплетни, каверзы и примерки новых нарядов? — хмыкнул Винлеро."
"— Не угадал.
На изучение нетрадиционной медицины! Если бы она не заштопала мне порванную руку, я бы умер от потери крови, не добредя до границы, или пришел бы без руки. Пойдем, посмотришь, какая мастерица моя невеста — оценишь ее ровные стежки на моем теле и поможешь нитки из правой руки выдернуть — я уже магией разрывы долечил.
Проснулась Тая в полумгле и не сразу сообразила, где она. Снилась ей больница и лицо Широкова — умное, волевое лицо с удивительно черными бровями, резко контрастирующими с серебристой шапкой густых волос.
Только черных нитей в его шевелюре было заметно больше, чем привыкла видеть Тая, и глаза у Дмитрия Ивановича в этом сне были не серые, а угольно-черные.
«Как у Кайла», — подумалось Тае, и она села на постели, огляделась.
От резкого движения заныли перетруженные вчера мышцы, вновь кольнуло сердце, в нем словно шевельнулся маленький комочек.
— Надеюсь, это последствия переутомления, а не предвестник инфаркта.
Умудриться надо было сестренке за шестнадцать лет жизни так тело запустить, что от прогулки по горам скончаться можно, — пробурчала Тая, медленно вдыхая и выдыхая, дожидаясь, когда пройдет неприятное давление в груди. Неприятное ощущение в самом деле быстро прошло, как не бывало, Тая спрыгнула с постели и отдернула тяжелые бархатные гардины, не пускавшие к ней солнечный свет.
Комнату тут же залило лучами полуденного солнца.
