Дядя просто не может причинить мне прямой вред, иначе я бы давно переселился в фамильный склеп.
А вот и новое упущение. Я жена, но до сих пор не побывала в фамильном склепе. А ведь должна! Обязана сходить и почтить предков моего «драгоценного» супруга. Или это, учитывая фиктивность наших отношений, будет уже слишком? Вдруг мёртвые обидятся и настучат по голове?
Усилием воли я отодвинула лишние мысли и вернулась к главному:
— Ты уверен, что принять в отряд магов, которые подчиняются Шакрэму, хорошая идея? Они могут, как минимум, доносить.
Как максимум — подвести всех.
— Понимаю, — буркнул Грей. — Но отказать, особенно после нападения твоей Сайи, я не мог.
— Да разве ж это нападение! — я не удержалась от иронии.
Грей фыркнул и начал говорить о шатком мире, внешних приличиях и прочей шелухе, без которой общение с аристократией невозможно. Я понимала. Всё понимала. Но как же хотелось чего-то чёткого и простого!
Как у нас, в боевой магии. Кто-то выбесил, а ты его р-раз, и молнией. Испепелил негодяя на месте, и конфликт решён.
Но тут было иначе, и… Ладно. Не важно. Не моего ума дело. Я в данный момент только слушала и кивала, уверяя Морвеля, что он поступает абсолютно верно."
"Грей конечно дурак, невыносимый и заносчивый, но кто его сейчас поддержит, если не я?
* * *После ужина я отправилась в телепортационный зал. Для начала, ради разнообразия, уселась на диван и попробовала настроиться на контакт с аркой с этого пусть небольшого, но расстояния.
Вышло не очень.
Я, как и прежде, видела сбитые и смешанные потоки, наблюдала крошечные силовые импульсы и ощущала магический потенциал артефакта, только для взаимодействия этого было мало.
Спустя минут пять я сдалась и заняла уже привычную позицию на ковре. Обложившись подушками, я потянулась и прикоснулась к камню руками. Магическое зрение сразу стало чётче, ощущения ярче, уровень энтузиазма резко подскочил.
Я обратилась к таланту. Активировала его один раз, второй, третий, и, наконец, поняла, что именно это всё напоминает.
Это тоже самое, что исправлять сильно испорченную вышивку. Где-то нити приходилось вынимать и пускать «по ткани» заново. Где-то восстанавливать строчку, добавляя новые стежки.
Работа была кропотливой, даже муторной. От чрезмерной концентрации на лбу проступила испарина.
В какой-то момент я начала эту самую концентрацию терять, но вместо того, чтобы позволить подсознанию увлечь себя в разного рода воспоминания, сделала перерыв.
