Ник с самым серьезным видом утром утверждал, что Валяевы- младшие по мне истосковались, поэтому конечная цель- его дом.
Лёшка у бабушки с дедушкой, к нему Максим, вроде, прийти собирался. Времени вагон, меня особо не ждут, дали ценное указание веселиться и выпихнули из квартиры. Капец просто! А всё благодаря болтуну, стоящему на пороге пубертата, просветившему их, что Ник ночует у нас. В результате прошедшее воскресенье Ник познакомился-таки с нашими старшими родственниками по видеосвязи.
Бабушка порадовалась и поставленным голосом учителя во всеуслышание заявила ""наконец-то"".
Я в аут свалилась! Хоть дедуля сдержаннее себя повёл, задал несколько вопросов, убедился, что у Ника бензопила в багажнике не хранится, и устранился. Тем же вечером был звонок от дедушки Миши и бабушки Вики, которые навещали Лешку во время реабилитации и перебрались в Германию насовсем. Родители Матвея не скрывали своего скептицизма и засыпали Ника градом вопросов. Их вердикт — ""неплохой мальчик"".
Ник же все воспринял спокойно, словно так и должно быть.
Думается мне, что это он надоумил Лёшку рассказать. Впрочем, неважно кто и почему, я рада такому стечению обстоятельств.
Что касается самого Ника, то он своевольничает у меня дома. Я уже перестала спрашивать останется ли он, знаю, что останется. Мы ни о чём не договаривались, просто Ник с его бурлящей энергией случился, а я отпустила себя. Перестала циклиться на мелочах. И незаметно всё устроилось, хоть и кусаемся, когда Ник чрезмерно увлекается. Например, на днях они с Лёшей разворотили половину гостиной ради лазертага.
Меня не удивляет наличие у Ника комплектов для лазертага, у него кажется всё есть или он может с лёгкостью это купить, а вот дурдом устроенный ими меня шокировал. Подобного бедлама в жизни не видела. Весь вечер ходила злая на них и расставляла всё по местам.
Когда подъезжаю к дому Ника, его машина уже на месте. Я и не сомневалась…
Ник открывает дверь, и я давлюсь воздухом. Он в боксерах и с бутылкой карамельного топпинга в руках.
На его пальцах и в уголках рта видны темные густые капли. Не прерывая зрительного контакта, я беру его руку и облизываю большой палец. Вкус карамели разливается во рту, и я повторяю нехитрый маневр. Сдавленный стон Ника отражается сладостным спазмом внизу живота.
А через секунду сладкая струя выстреливает мне в шею и на грудь. Карамель стекает, попитывая белую ткань. Ставлю руки на талию и, вдыхая через раз, смотрю на любителя мороженного с сиропом.
