– Сочувствую, – не испытывая никаких эмоций, исключительно из вежливости пожалела его я.
– Тогда…
С деловитым видом он хотел было задрать хламиду, даже потянулся к подолу, но наткнулся на мой настороженный взгляд и, пробормотав едва слышные извинения, запустил руку в широкий ворот. Стало любопытно, что именно парень вытащит после таких стараний, и на свет появился плотный черный конверт с сургучной печатью кроваво-красного цвета.
– Можешь передать Ваэрду приглашение в наше общество?
– Нет, – отказалась я.
– Почему? – удивился он.
– Не хочу притворяться его секретарем, – ответила я по шай-эрски.
– Чего? – закономерно не понял он.
– Почему сам не передашь? – вновь перешла на диалект. – Ваэрд ведь не кусается… Не должен, по крайней мере.
– Он, конечно, не кусается… – Северянин кашлянул в кулак. – Но я попытался к нему подойти, а он так глянул, что у меня пропал дар речи. Я развернулся и сбежал.
– То есть ты теперь предлагаешь мне вручить ему конверт и убежать? – не скрывая иронии, уточнила я.
– Не сможешь? – в его голосе еще звучало надежда.
– Увы, я очень плохо бегаю.
– А в поединке хорошо скакала.
– Все хорошо скачут, когда их подгоняют магией.
– Значит, вообще нет? – попытался он уломать, отказываясь верить, что придется с письмом разбираться как-нибудь по-другому. – Вот прямо нет-нет-нет?
– Без вариантов. Мы с Гарретом поклялись, что будем притворяться незнакомцами.
Это дело принципа. Отправь ему письмо по почте из долины. Наверняка доставят.
– Спасибо за совет, – с печалью всего побежденного шай-эрцами северного народа отозвался тот.
– Обращайся, – кивнула я.
В худом лице младшего брата красных плащей заискрилась надежда, заметная без лупы и при плохом освещении. Пришлось внести ясность, во избежание недопонимания:
– Обращайся за советом!
– Извини, что побеспокоил.
С поникшими плечами и опущенной головой он пошаркал (и это не фигура речи) на выход.
Даже со спины неудачливый посыльный выглядел отчаянно нечастным. Проклиная собственную бесхребетность, я позвала:
– Эй, красный плащ!
Он повернулся и, не скрывая восторга, тоненько воскликнул:
– Да?!
Этот – прости господи – член тайного студенческого клуба повадкой так сильно напомнил химеру Зайку, живущую в доме Мейза, что сдержать издевательский смешок удалось с трудом.
