Идеальный вальс

Судя по тому огромному вниманию, которое мистер Рейн уделил собственным ботинкам, она поняла, что он не был очарован графом; теперь она подозревала, что их мнения относительно данного человека могли совпадать.

– Итак, мистер Рейн, что вы думаете о... – начала она, но тут Фейт настойчиво потянула ее за руку.

– Хоуп! Хоуп, я должна с ним встретиться! Пошли!

Фейт была непреклонна. Для ее близняшки было необычно заставлять кого-то что-то делать, а потому, бросив мистеру Рейну легкую примирительную улыбку, Хоуп позволила утянуть себя прочь, чтобы присоединиться к толпе поклонниц графа.

Граф недовольно отклонил все формы восстановления сил, предложенные ему леди, оказавшимися в первых рядах его поклонниц.

– Вино и пироги? Тьфу, пища для леди. Я – мужчина!

Шампанское он отклонил тоже.

Хоуп наблюдала за этой сценой, несколько удивленная претензиями данного человека и тем, как его поклонницы наперегонки пытались ему угодить.

Он взглянул на оскорбительное блюдо с отвращением. Леди, которая предложила его, отскочила прочь, принося извинения.

Минуту назад она выхватила блюдо с нарезанной ветчиной у лакея и с триумфом предложила ее графу. Жена баронета, подлизывающаяся к актеру. Как и половина чрезвычайно благовоспитанных леди в комнате. Это было экстраординарное зрелище.

Разве они не видели, что отказ быть довольным являлся частью его игры? Хоуп повернулась к сестре, чтобы разделить с ней понимание этой шутки, но Фейт там не оказалось.

– Возможно кусочек копченого лосося на небольшом ломтике слегка намазанного маслом хлеба, граф Римавски?

Хоуп с изумлением услышала, что это предложение произнес мягкий голос ее сестры.

Неужели все сошли с ума?

Граф сделал паузу, нагнетая напряжение, а затем выдал одобрительную улыбку.

Фейт вспыхнула, когда он притянул ее поближе. Хоуп отвернулась, потрясенная. Что это делает Фейт? Этот музыкальный восторг привел к таким крайностям.

Она высмотрела миссис Дженнер.

– Сделайте же что-нибудь!

– Что вы хотите, чтобы я сделала?

– Остановите мою сестру, выставляющую себя полной дурой.

Миссис Дженнер, казалось, не поверила.

– Но она не выставляет себя дурой. Я думаю, что это просто очаровательно.

– Но он... он... – Хоуп едва могла говорить. – Она прислуживает ему как служанка!

– Ерунда, она всего лишь услужлива. – Миссис Дженнер приподняла бровь и самодовольно посмотрела на Хоуп. – Он – граф, превосходного происхождения, как мне говорили. И невероятно богат. К тому же, он – очень хороший музыкант и чрезвычайно красив.