Идеальный вальс

– Дедушка – самый огромный, самый ужасный зверь на свете, и мы его ненавидим! – она посмотрела на сестер и добавила. – Но теперь мы не живем с ним, и все в порядке.

Себастьян ожидал, что одна из близняшек что-то на это скажет, но их грум подошел с большим кувшином свежего молока, и момент был упущен. Себастьян почувствовал разочарование. Он бы так хотел услышать что-то еще про их деда. Юная Грейс определенно была очень резкой.

– Теперь, девочки, кто хочет стакан молока? – спросила мисс Фейт. – Я обещаю вам, если вы раньше не пробовали свежего молока, еще теплого от коровы, то сейчас как раз самое время.

У Лили есть чашки, а Джеймс будет наливать. Касси? Дори?

Касси и Грейс кивнули. Дори поколебалась, но к удивлению Себастьяна, выступила вперед и протянула руку. Она осторожно отпила молоко, а потом ее сдержанное личико прояснилось, и она выпила все залпом. Лили, служанка, улыбнулась. – Вкус великолепный, не так ли мисси? Хотите еще?

Дори мимолетно улыбнулась ей и снова протянула чашку. Себастьян был поражен.

Он наблюдал, как грум наполнил чашку и передал ее девочке. Она приняла ее без колебаний и выпила.

Две чашки молока. Он не видел, чтобы она в один присест столько пила. Он с благодарностью подумал, что это только начало. Он правильно поступил, привезя их в Лондон. Благослови Бог мисс Мерридью, которая пригласила их в парк сегодня утром. Слава Богу, он отправился с ними. Он бы так и не узнал, что Дори пьет молоко. Две чашки свежего молока каждое утро добавят немного плоти на ее хрупкие косточки.

И может быть, даже румянец на щечках...

Что за утро: две улыбки и две чашки молока.

Хоуп отступила и наблюдала. Рейны оказались загадочной семейкой. Казалось, Касси и Дори не хотят иметь дела со старшим братом, но он почти никогда не обращался к ним и не разговаривал.

А теперь он смотрел за ними, как большой, безмолвный мастифф, и глядя на его лицо, пока девочки пили молоко, она почти уверилась, что зрелище его тронуло.

Хотя как она поняла это, она не могла сказать; его лицо было невыразительным.

Это было сильное лицо, твердое и бескомпромиссное в некотором роде. Упрямое. А глаза – решительными, серыми и непреклонными. Но потом они смягчились... и Хоуп заметила, как они смягчились... и он стал совершенно другим человеком.

– Слушайте. Тут собирается толпа. Интересно, почему? – воскликнула Грейс, схватив Касси под руку. Касси посмотрела вокруг, схватила Дори, и они втроем побежали. Джеймс протянул Лили кувшин, и сказал Хоуп.